• 0
    Cart

ПУБЛИКАЦИИ

31.10.2017

Аристократ духа. Слово о священномученике Онуфрии (Гагалюке)

В годы потрясений (особенно во время революций) человеческий род словно охватывает пелена тумана БЕСпамятства. Люди восхищаются теми, кем восхищаться нельзя, прославляют тех, у кого достижений наберется только на ведро золотаря, проклинают то, что проклясть невозможно, забывают все то добро, чему их учили родители и воспитатели в детстве, и при этом почитают себя здравомыслящими и многознающими. Народ выпадает из традиции и отказывается от самости, превращаясь в табор пляшущих клоунов.
Россия в XXI веке еще не вышла из революции, пик которой пришелся на 1917 год. И мы не вышли из Мировой войны, начавшейся в 1914 году и продолжающейся (с затуханиями и кровавыми обострениями) по сию пору.
Улицы и площади городов наших буквально забиты памятниками революционерам и террористам всех мастей: от «вождя мирового пролетариата» и до обыкновенного бандита, грабившего крестьянские дворы. А вот те, кто пытался противостоять революционной вакханалии смерти, бывают вспоминаемы далеко не часто. Вы имена этих людей не услышите на центральных телеканалах, а прочитать сможете о них только в православной и патриотической, то есть малотиражной прессе. Да и чего уже грешно таить, так это то, что современный обыватель скорее обратиться к информации о политиканах, актерах и спортсменах, чем к памяти о святых и воинах. Но именно на последних и стояла Русь…
24 октября 2017 года, когда в кинотеатрах России вовсю шла подготовка к запуску в прокат кощунственного фильма «Матильда», в одном из провинциальных российских городов – Старом Осколе — состоялась премьера небольшого документального фильма «Странник идет…», построенного на воспоминаниях о священномученике Онуфрии (Гагалюке), архиепископе Курском, первом епископе Старооскольском и епископе Елисаветградском, причисленном Русской Православной церковью к лику святых в 2000 году.

Свое архипастырское служение святитель Онуфрий (1889−1938) начал после 1917 года, когда расхристанная Россия рухнула в пучины революции, Гражданской войны и невиданных доселе гонений на Православие.
Священномученик Онуфрий (в миру – Антон Максимович Гагалюк) родился на западе Российской Империи – в Люблинской губернии — и вырос в бедной многодетной семье. Очень рано он лишился отца. Дальше был сиротский приют, потом учеба в Холмском духовном училище (за счет средств приюта) и в Холмской семинарии. Даровитого юношу заметили. Он и был отправлен в Санкт-Петербург, где и поступил в Духовную Академию. Вот так, будущий святитель попал с окраин Империи в столицу. В 1913 году Антон принимает монашеский постриг с именем Онуфрий, в честь преподобного Онуфрия Великого (IV век от Р. Х.). Известно, что через преподобного Онуфрия Великого Господь наш Иисусу Христос явил чудо исцеления от болезни молодому Антону Гагалюку. В 1923 году он был поставлен в Киево-Печерской Лавре в епископский сан.
Годы Гражданской войны святой Онуфрий (Гагалюк) встретил в Малороссии и воочию увидел все ужасы и расправы, чинимые людьми друг над другом. Набатом звучат слова святителя Онуфрия: «Воистину, потеряет человек Бога − потеряет и любовь, сострадание, скромность, станет жестоким, грубым, жадным зверем… Господь да вразумит этих несчастных!» А еще владыка Онуфрий, наверное, в это же время формулирует понятие «аристократа духа» − человека, противостоящего разрушению, защищающего Истину и не превращающегося в обезбоженное животное подобно многим: «У знатных и хороших людей дети бывают богохульники и злодеи. Напротив, в семье преступников созревает будущий благодетель. Одно лишь есть высокое звание у людей − быть настоящим, истинным христианином. Христианин, истинный ученик Христов, есть аристократ духа, будь он княжеского рода или сын блудницы, или убийцы».
Священномученик Онуфрий чувствует себя кровью от крови, плотью от плоти русского народа. Он зрит предназначение русских и скорбит о том, что революция и атеизм лишили наш народ его высокого призвания: «Какая миссия православного народа нашего? – Ему от Бога вверено величайшее сокровище – святая православная вера, выше и ценнее чего нет на свете. Эту святыню он не только должен хранить, но и утешать ею и остальные народы, как получивший пять талантов, пустить их в оборот. Русский народ призван сам жить по православным началам, и другим народам открывать святое православие, даже до края земли (Деян 1,8). А мы видим теперь среди народа нашего такое нравственное развращение, такое богохульство и кощунство, что окружающие нас магометане, евреи и даже язычники-буддисты удивляются, так как у них сего нет... Да, отнять веру у нашего народа, значит сделать его посмешищем в ряду других народов. Вера православная украшала народ наш, давала ему великую силу духа: смирение, терпение, любовь ко всем...»
Владыка Онуфрий − православный и имперский святой, он мыслил не узкоместечково и националистически, но по-христиански (ибо Православная Церковь – это и Имперская Церковь, Христос Пантократор – глава ее): «Назначение православных святителей и пастырей − всемирное: приводить все народы земли к Богу через Церковь Христову».
Владыку Онуфрия (Гагалюка) еще при жизни его паства считала святым, хотя он от этого уклонялся и не признавал. Праведная жизнь владыки служила примером в годы гонений. А его непоколебимое стояние в вере укрепляло слабые души. Он не был ярым борцом против советской власти. Он просто проповедовал Христа Бога Живого. Он осознавал и принимал свой долг: «Долг святителя и пастыря Церкви − благовествовать день от дня спасение Бога нашего: и в дни мира, и в дни бурь церковных, в храме, в домах, в темнице… Тогда наша проповедь дает плод, когда люди ее жаждут. В дни скорби, смущений самое простое искреннее слово пастыря приносит сторичный плод».
Воззрения на Бога и Церковь сщмч. Онуфрий (Гагалюк) совершенно сходится с сщмч. Иларионом (Троицким) (кстати, представителем того же поколения, ибо он родился в 1886 г.). Здесь их размышления вполне соотносимы с мыслями русского философа-славянофила А. С. Хомякова, который, в свою очередь, основывался на идеях священномученика Киприана, епископа Карфагенского († 258). Впрочем, конечно же, сщмч. Онуфрий и владыка Иларион, получившие великолепное церковное образование, наверняка знали труды сщмч. Киприана и до ознакомления с работой Хомякова «Церковь одна». Киприан Карфагенский же писал: «Тот не может уже иметь Отцом Бога, кто не имеет матерью Церковь. Находящийся вне Церкви мог бы спастись только в том случае, если бы спасся кто-либо из находившихся вне ковчега Ноева». Этим же руководствуются и Иларион, и Онуфрий.
Святитель Онуфрий без прикрас видит свое служение: «К погибшим овцам современного народа, избранного − народа русского, увлеченного в неверие врагами, наш долг идти и немолчно возвещать Царство Божие. Кто знает, быть может, многие из них и вообще из других народов, пребывающих в ересях, язычестве и неверии, обратятся на путь истины».
Владыка Онуфрий был человеком смиренным, в высшей степени, но, однако, и непримиримым борцом с «обновленчеством». По доносам «обновленцев» его и в тюрьмы заключали (Одесса, Харьков), и отправили в ссылку – в Кудымкар. «Обновленчество», пестуемое большевиками, являлось орудием развала Русской Православной Церкви.
Владыка Онуфрий, по возвращении из ссылки в 1929 г., был направлен на Старооскольскую епископскую кафедру. Надо сказать, что в годы испытаний в нашей Церкви выявился целый ряд архипастырей, таких, как архиепископ Иларион (Троицкий), митрополит Мануил (Лемешевский), архиепископ Петр (Зверев) и другие, которые стали грудью на защиту Русской Православной Церкви. К этой славной когорте смело должен быть причислен и святитель Онуфрий. В Центральном Черноземье «обновленчество» наступало. А Старом Осколе сидел некий «обновленческий» архиепископ Павел и существовало «обновленческое» епархиальное управление. Но «обновленцам» это не помогло. Всего за полгода владыка Онуфрий (Гагалюк) добился возвращения в лоно Русской Церкви более 160 приходов, несмотря на серьезное противление местных властей.
В марте 1933 года святителя вновь арестовывают и заключают в тюрьму, а потом, боясь возмущения православных христиан, увозят в Воронеж. Там все же его освобождают в июне. Священноначалие теперь направляет владыку в Курск, где он в архиепископском сане руководит епархией до 1935 года. Затем следует арест, суд и тюрьма. А в 1936 году священномученика Онуфрия отправляют на Дальний Восток, где он работает в одном из совхозов. В 1938 году архипастыря расстреляли по сфабрикованному делу.
Владыка Онуфрий прошел по России как странник, освятив своим пребыванием города и веси. И он был одним из тем самых аристократов духа, на которых и держится земля наша.
«Святость души − это своего рода аристократизм души. Христианская вера не отвергает внешней цивилизации, она зовет христианина к чистоте, опрятности, труду, она не укоряет ни богатых, ни знатных, ни красивых. Она не проходит с презрением или насмешкой мимо больных, нищих, преступников, воров, блудниц. Всех вера христианская учит жалеть и всем им и всем людям открывает доступ к самым высшим своим благам, то есть святости. Да, аристократом внешним не всякий может быть, а лишь знатный, богатый, иногда − ученый. Аристократом же духа − в христианском смысле − может быть и нищий, и урод, и каторжник, если он станет вести христианскую жизнь под руководством Христианской Церкви Православной…
Духовный аристократизм, или святость, которую мы встречаем на земле у некоторых христиан − мужчин и женщин, иноков и мирян, незаметен для постороннего глаза, потому что духовную красоту человека надо понимать (1 Кор. 2, 14-15). Но если кто имел возможность увидеть и узнать христианина-праведника, то его красота духовная пленяет неудержимо…».

Александр Гончаров

ВЕРНУТЬСЯ В РОССИЮ, ПЕРЕДОВИЦА

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».