• 0
    Корзина

ПУБЛИКАЦИИ

26.06.2019

Циркуляр, запомнившийся больше, чем Указ

Автор:

Елена Чудинова.

26 июня 1884 года вышел высочайший указ Императора Александра III об учреждении церковно-приходских школ.

Указ «О церковно-приходских школах», подписанный Государем Императором Александром Александровичем, отнюдь не явился, началом народного образования как такового. Важная веха, но – не начало.

Всем нам памятно из учебной программы стихотворение Н. Некрасова «Школьник». Учили наизусть, было. Помним и сейчас.

— Ну, пошел же, ради Бога!
Небо, ельник и песок —
Невеселая дорога…
Эй! садись ко мне, дружок!

Ноги босы, грязно тело,
И едва прикрыта грудь…
Не стыдися! что за дело?
Это многих славный путь.

Вижу я в котомке книжку.
Так учиться ты идёшь…
Знаю: батька на сынишку
Издержал последний грош.

Знаю: старая дьячиха
Отдала четвертачок,
Что проезжая купчиха
Подарила на чаек.

Или, может, ты дворовый
Из отпущенных?.. Ну, что ж!
Случай тоже уж не новый —
Не робей, не пропадёшь!

Скоро сам узнаешь в школе,
Как архангельский мужик
По своей и Божьей воле
Стал разумен и велик.

Не без добрых душ на свете —
Кто-нибудь свезет в Москву,
Будешь в университете —
Сон свершится наяву!

Там уж поприще широко:
Знай работай да не трусь…
Вот за что тебя глубоко
Я люблю, родная Русь!

Завершающие два четверостишия, в которых автор вспомнил о своей позе обличителя, мы здесь опустим в цитировании. Стихотворение они портят немилосердно.

«Господствующий класс считал крестьянство темной неорганизованной массой, которой совершенно не нужно образование. Закоренелые крепостники не могли допустить…»

Подобные перлы мы встречаем и сегодня, уже не в советских учебниках, но в методичках из интернета. Между тем из строк классика неумолимо выступает «шокирующая» правда: босоногий крестьянский мальчик, перед которым открываются университетские перспективы, явление не вызывающее уж слишком большого удивления. Но постойте! Дата написания стихотворения? 1856 год. Как?! Это же при том при самом крепостном праве, при «закоренелых крепостниках»?

Напирающие на босоногость и лапотность, защитники угнетенного крестьянства лапти видят прежде всего и на картине Н. Богданова-Бельского «Устный счет». Что лапотные детишки, изображенные на полотне, решают в уме пример, с которым проверено встают сегодня в тупик взрослые пользователи интернета, обличители не замечают. (Кстати, чем так уж особенно плохи для сельской местности лапти? Французские дети, к примеру, и сто лет спустя бегали в школу в деревянных сабо).

Но картина написана спустя уже десять лет после указа 1884 года. Какие изменения происходят между «Школьником» и «Устным счетом» в народном образовании?

Изменилось многое. И все случившиеся перемены благодетельны.

В правление Государя Императора Александра Николаевича школы финансировались трояко: государственные – из бюджета министерства Просвещения, земские – из местных налогов, приходские – на средства самих приходов, которых, как правило, недоставало. Высочайшим указом церковно-приходские школы были препоручены Синоду. Им же были утверждены школы как двухгодичные, так и четырехгодичные, причем и в первых помимо чтения и письма дети обучались также основам истории, математики и вероучения. В четырехгодичных («двуклассных») объем преподаваемых знаний был значительно шире, включал из древних языков церковнославянский. На книжной полке автора этих строк, к примеру, стоит учебник по истории западного Средневековья, написанный директором Царскосельской гимназии К. Ивановым. На учебнике стоит штамп четырехгодичного училища, стало быть, книга принадлежала школьной библиотеке. Сельские школьники, следовательно, читали про трубадуров, труверов и миннезингеров. Что знают о миннезанге сегодняшние городские дети? Одновременно были основаны воскресные школы, где грамоте можно было обучиться уже в любом возрасте.

«Более даровитые и любознательные дети перейдут в дальнейшие училища. – Пишет об Указе выдающийся консерватор М. Катков. – Усвоившие себе только простую грамотность имеют возможность с течением времени дополнить свое образование самостоятельным чтением Священного Писания, книг исторических, по сельскому хозяйству, географии, гигиене. (Заметим, что гигиена упоминается особо. Как раз конец позапрошлого века характеризуется повышенным вниманием к ней. То есть – хотя ноги по-прежнему могут быть «босы», но тело школьника уже не «грязно»: теперь в школе за этим строго присматривают. Е.Ч) Можно будет составить особую народную библиотеку по разным отраслям науки и промышленности, чтобы каждый грамотный взрослый человек мог найти и прочесть именно то, что ему нужно. Если церковно-приходские школы исполнят свою основную задачу, они дадут народу полную возможность пользоваться народной библиотекой».

Отметив выше упоминание о «народной библиотеке», вспомним, что в это же время популяризируется новая возможность заработка для бедных женщин: речь о так называемых «книгоношах». Книгоноша – коробейница на новый лад. Может быть в ее мешке и не «Белинский с Гоголем», но, кроме «глупого милорда», есть книги и несомненно полезные: природоведение, путешествия, история. Это – веяние времени.

Вновь обращаясь к фундаментальному указу, мы не устаем удивляться тому, что о нем наше общество помнит или попросту знает много меньше, чем о пресловутом циркуляре «О сокращении гимназического образования», вошедшем с легкой руки пропагандистов в полемический обиход в качестве «циркуляра о кухаркиных детях». Циркуляр последовал указу тремя годами позже, и, в отличие от него, затронул интересы ограниченного числа людей. В циркуляре рекомендовалось (но не предписывалось!) ограничить прием «детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников». Любители ссылаться на циркуляр, между тем, не озадачиваются вопросом, какое ж количество детей поваров и прачек уже поступило в гимназии, если дело дошло до циркуляров, и, следовательно, сколь неплохо жили кучера, повара и прачки. Принято считать, что циркуляр имел целью приостановить постоянное подпитывание революционной среды. Памятуя трагическое завершение предыдущего правления, и подобной цели нельзя не одобрить. Хотя известно также, что имелась и как минимум вторая причина. В какой-то момент нравы гимназий начали вызывать основательные опасения за безопасность детей. Страшные драки, грубость, развращенность – все это диктовала разрастающаяся прослойка из городских низов. Ключевым словом здесь будет – городские.

В деревне не бывает ни лакеев, ни поваров, ни прачек. Российская Империя была аграрной страной. Патриархальный уклад основной массы населения – крестьянства – резко контрастировал с нравами городских низов. Страна не нуждалась в перепроизводстве среднего (по тем временам равноценного советскому высшему) образования. Вспомним кстати, как, при громогласном идейном восхвалении рабочего класса, СССР чудовищно перепроизводил образование высшее. Советский человек готов был получать жалованья в два раза меньше, чем рабочий, лишь бы, сидя в какой-нибудь убогой конторе, причислять себя к интеллигенции. Нужды нет, это все обуславливало крайне нездоровый социальный климат.

Российская Империя, между тем, стремилась заполнить пропасть, пролегавшую между городом и деревней, равно как и сословиями. Невежество широких масс – серьезное препятствие для развития страны. Крестьянин ХХ столетия должен был сделаться не просто грамотным, но образованным человеком, способным осваивать новую сельскохозяйственную технику (которая интенсивно развивалась на рубеже веков), читать периодику по земледелию и животноводству, с выгодой распоряжаться своим капиталом, определять судьбу своих детей в соответствии с их склонностями и способностями. К этому мы уверенно шли. К сожалению, свернув впоследствии с дороги.

АВТОРЫ, Елена Чудинова, ИСТОРИЯ, ПУБЛИКАЦИИ

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *