Европейский костюм и Русское Царство

Автор:

Алексей Селиванов.

29 августа 1698 — Петр Великий предписал подданным брить бороды и носить европейскую одежду.

Мы очень любим брать какой-нибудь яркий эпизод и абсолютизировать его влияние на всю последующую историю. «Эффект бабочки» из рассказа Рэя Бредбери — это всё-таки, литературное допущение.
Стали ли эстетические вкусы Петра Великого причиной кровавой революции, произошедшей двести с лишним лет спустя? Или, возможно, причиной раскола русского общества стали иные события?

Брить и переодевать русских людей Петр Алексеевич стал после своего Великого посольства в Западную Европу 1697—1698 годов. В Европе Царь увидел, что темпы развития европейских стран позволили Западу быстро превратиться в безоговорочного мирового лидера. Ведь не Азия с Африкой и обеими Америками колонизировали Европу, а наоборот. Сотни мануфактур, гигантские флоты и большие регулярные армии, развитие медицины, металлургии, книгопечатания и торговли.
Русский Царь не хотел для нашего Отечества участи колонизируемых папуасов.

Небольшие ватаги русских казаков могли гонять по Сибири многочисленные полчища наследников Золотой Орды (не в последнюю очередь, за счёт современного огнестрельного оружия). Но противостоять регулярным европейским армиям было гораздо сложнее.
К возвращению Петра в Россию у нас существовали только четыре регулярных полка — Преображенский, Семеновский, Лефортовский и Бутырский. С промышленностью дело обстояло так же скромно. Пришлось в буквальном смысле слова «закатать рукава».

В переодевании и изменении внешнего вида подданных русского Царя было две главных причины. Первая — внутренняя. Одежда солдат и царевых слуг должна была стать более удобной. Петр начал с солдат, устроив им строевой смотр. И переодел будущий император солдат сначала (в 1700 году) не в немецкое или французское платье, а в «венгерский» костюм. Венгерский костюм отличался от русского немногим — только меньшей длиной кафтана и более узким покроем рукавов. Задачей солдата новой регулярной армии (и матроса нового российского флота) стало выполнение современных на тот момент ружейных приемов и ведение боя, соответственно развитию военного искусства петровской поры. Спустя почти два года, в декабре 1701 года, было принято решение "носить платье немецкое, саксонское и французское».

Мы же сегодня не возмущаемся схожестью облика наших военнослужащих и солдат, например, США? Если бы не нарукавные эмблемы с символами государственной принадлежности (которые вообще размещаются на липучках и легко снимаются), некоторые спецподразделения России и США невозможно отличить даже по рисунку камуфляжа!

Здесь, кстати, Петр Алексеевич подобен Николаю II, который лично опробовал новое, удобное защитное обмундирование и снаряжение, совершив в нем марш-бросок в 40 верст. Главным критерием, как и при Петре, было удобство русского солдата.

То же, в принципе, касается бороды. Приписывать бороде мистический смысл и считает ее сосредоточием мужской силы и мудрости — это какое-то магическое, языческое мышление. К тому же, будь это так, все бородачи сплошь были бы всесильными мудрецами, а те, кто бреется — наоборот. Но, конечно же, такой зависимости на практике мы не наблюдаем.

Вторая причина переодевания была внешней. Чванливые европейцы привыкли считать себя центром Вселенной. А нас, русских, обзывать варварами и азиатами. На деле же, как подчеркивал ещё Иван Грозный в письмах к английской королеве Елизавете, большинство европейских королей уступают древностью рода русским государям. А, учитывая родственные связи русский царей ещё и с византийскими (ромейскими) императорами, именно мы, русские, имеем больше прав даже на наследие Римской империи.

И вот, представим себе европейца, который привык завоёвывать и хищнически эксплуатировать чужие земли. Перед ним является не непонятный «дикий московит», а образованный и современно одетый русский. Представляющий не кого-то там, а великого Императора. А если европеец сомневается в достоинстве русского — то наш Император «может прислать в Париж миллион зрителей в серых шинелях», как сказал однажды Николай I.

Думаю, что те, кто говорит о разделении народа и элиты после реформ Петра, несколько перебарщивают. Дело ведь не во внешности. Барин всегда внешне отличался от простого человека — будь то роскошью отделки шубы или фасоном костюма. Да и Петр одел в европейское платье не только «бар». Государь велел брить бороды и носить европейское не только дворянам, военным и чиновникам. А и всему городскому населению. Указ не касался только священников и крестьян, которые продолжали выполнять свои традиционные обязанности, которым ношение бород не мешало.

Главное ведь — не в фасоне платья. А в сути человека и в ценностях, которыми он живёт. Расшатывали устои Империи не бородатые крестьяне в традиционной одежде. А более всего разночинцы вполне европейского вида. Именно о них писал русский консерватор Борис Чичерин, правовед и историк, ещё в 1862 году: «Многие и многие оппозиционные либералы сидят на теплых местечках, надевают придворный мундир, делают отличную карьеру, и тем не менее считают долгом, при всяком удобном случае бранить то правительство, которому они служат, и тот порядок, которым они наслаждаются. Но чтобы независимый человек дерзнул сказать слово в пользу власти, — Боже упаси! Тут поднимется такой гвалт, что и своих не узнаешь. Это — низкопоклонство, честолюбие, продажность. Известно, что всякий „порядочный человек“ должен непременно стоять в оппозиции и ругаться...»

Европейское платье и мундир европейского покроя носили многие герои и многие мыслители, искренне любившие Россию. Внешний вид службе государству не помеха. Помеха — разрушительные идеи, которые приносили к нам наши недруги. От декабристов, начитавшихся французских брошюр, до революционеров начала ХХ века. Помеха — это их желание разломать русскую жизнь, разрушить свою Родину, бросив её на алтарь этих скороспелых идей. И тут уж не важно, во что носители этих идей любят одеваться. В модный европейский костюм-тройку, как Ульянов-Ленин, или в нарочито народную косоворотку, как писатель-террорист Максим Горький. Об этом нам надо помнить и сегодня, когда находятся люди, мечтающие бросить остатки русской жизни в жертву новым глобалистским модным поветриям.

Поделиться ссылкой:

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.