• 0
    Корзина

ПУБЛИКАЦИИ

24.05.2019

Генерал Алексей Петрович Ермолов на Кавказе

Автор:

Эдуард Бурда

       24 мая 1777 года в Москве в небогатой дворянской семье родился Алексей Петрович Ермолов. Его отец, Пётр Алексеевич Ермолов (1747—1832), был помещиком, владельцем небольшого имения из 150 душ крестьян в Мценском уезде Орловской губернии. 

С 15 лет он начал военную службу, когда в 1792 году был зачислен в Нижегородский драгунский полк. В 1794 году Алексей Ермолов в битвах в Польше получает боевое крещение и по личному распоряжению А. В. Суворова награждается орденом Святого Георгия 4-й степени. В 1796 году будущий генерал отличился при штурме Дербента, находясь в войсках графа В. А. Зубова в Закавказье. В 1798 году за участие в деятельности смоленского политического офицерского кружка «Вольнодумцы» Ермолов был уволен из армии и сослан в город Кострому в ссылку. Лишь после смерти Павла I  Алексей Петрович был возвращен из ссылки и вновь принят на военную службу.

Алексей Петрович участвовал в войнах с Францией 1805 – 1807 годов, где проявил храбрость и выдающиеся способности артиллерийского начальника. Во время Отечественной войны 1812 года он в должности начальника штаба 1-й Западной армии сыграл значительную роль в сражениях при Валутиной горе, Бородино, Малоярославце. В Бородинском сражении Алексей Петрович организовал и возглавил атаку против французов, захвативших батарею Раевского. В результате этой инициативы батарея вновь перешла под контроль русской армии. После назначения Ермолова начальником объединенного штаба 1-й и 2-й Западных армий, он заставил отступающую французскую армию свернуть на пройденный и разоренный ею путь, что во многом способствовало катастрофе армии Наполеона. Во время боевых действий в 1813 – 1814 годах Алексей Петрович отличился в битве при Кульме и при взятии Парижа, где он командовал гвардейским корпусом.

Занимая важные посты, Ермолов проявлял себя не только талантливым и храбрым военачальником, но и неплохим организатором. Все это способствовало росту авторитета Алексея Петровича в армии, а его язвительные замечания в адрес всесильного Аракчеева и критика иностранного засилья в окружении императора снискали ему  популярность в патриотических кругах русского общества. При этом Ермолов пользовался доверием и благосклонностью со стороны Александра I, которого считал своим покровителем. Сохранились сведения о том, что поднимался вопрос о назначении Ермолова на пост военного министра.

В 1816 году Алексей Петрович Ермолов стал командиром Отдельного Грузинского (в будущем – Кавказского) корпуса, главнокомандующим в Грузии и одновременно – Чрезвычайным и Полномочным Послом в Иране, а так же управляющим по гражданской части на Кавказе и в Астраханской губернии. Некоторое время входил в состав Государственного совета.

В начале XIX века Северный Кавказ представлял собой «Кипящий котел». Волнения горских племен не прекращались со времен строительства крепости Моздок (начала 60-х годов XVIII века) и вступления туда русских войск при генерале Лазареве. Волновались Кахетия, Хевсурия и Чечня. Генерал Ртищев предпринимал набеги на Чечню, обуздывая на время воинственный дух неспокойных и свободолюбивых соседей.

Здесь на Кавказе наиболее ярко проявились качества Ермолова как дипломата, полководца и администратора. Сторонник суворовских методов воспитания и обучения войск, Алексей Петрович выступал против линейной практики и кордонной стратегии. Выделялся властным, независимым и язвительным характером при проведении политики российского правительства на Северном Кавказе. Ознакомившись с обстановкой, Ермолов сразу же наметил план действий, которого затем придерживался неуклонно.

Ермолов составил последовательный и систематический план наступательных действий. Не спуская горцам ни одного грабежа, не оставляя безнаказанным ни одного набега, он в то же время, не начинал решительных действий, не оборудовав предварительно военных баз и не создав наступательных плацдармов. Существенную часть плана составляла постройка дорог и просек, возведение укреплений и, наконец, широкая колонизация края казаками и образование «прослоек» между враждебными нам племенами путем переселения туда преданных нам племен. «Кавказ, — говорил Ермолов, — это огромная крепость, защищаемая полумиллионным гарнизоном. Надо или штурмовать ее, или овладеть траншеями. Штурм будет стоить дорого. Так поведем же осаду!».

Ознакомившись с планом Ермолова, Император Александр отдал повеление, в котором как бы резюмировал его сущность: «Покорять горские народы постепенно, но настоятельно; занимать лишь то, что удержать за собою можно, не распространяясь иначе, как став твердою ногою и обеспечив занятое пространство от покушений неприязненных».

Осенью 1817 года кавказские войска были усилены прибывшим из Франции оккупационным корпусом графа Воронцова. Корпус Воронцова с 1814-го по 1817 год оставался во Франции и, по свидетельству современников, более других проникся «новыми идеями», так что войска эти  были не столько «посланы» на Кавказ, сколько «сосланы». В состав этого корпуса входили такие полки как: Апшеронский, Ширванский, Тегинский, Куринский, Херсонский – гредадерский и Мингрельский – егерский. С прибытием этих сил у Ермолова оказалось в общей сложности около 4 дивизий, и он мог перейти к решительным действиям. Ермолову также были подчинены, тогда еще не многочисленные казачьи войска, расположенные в бассейне реки Терека. В 1819 году Ермолов упраздняет институт выборности атаманов в старейшем Гребенском казачьем войске, тем самым окончательно ликвидирует остатки самоуправления и придает войску полковую организацию.

Положение представлялось в следующем виде: Закавказье оставалось спокойным, но на Кавказской линии обстановка складывалась угрожающе. Правому флангу линии угрожали закубанские черкесы, центру – кабардинцы, а против левого фланга за рекой Сунжей чеченцы – пользовавшиеся высокой репутацией и авторитетом среди горских племен. Черкесы ослаблялись внутренними раздорами, кабардинцев косила чума – опасность угрожала в первую очередь от чеченцев.

Весной 1818 года Ермолов обратил свой взор на Чечню. В рапорте Александру I Алексей Петрович Ермолов сообщал, что набеговые отряды чеченцев проникали через Кавказскую линию, особенно её Левый фланг. Ермолов считал, что успехи чеченцев в набеговой практике и неудачи российских властей в борьбе с ней привели не только к «великой потере людей». Среди чеченцев утвердилось мнение, будто они непобедимы и потому русские ищут их дружбу и согласие. Покончить с набегами в Чечне и представлениям о «непобедимости» чеченцев было для Ермолова, как вопросом политического престижа, так и важной военно-стратегической задачей.

После ряда коротких, но кровопролитных стычек Ермолов привел в повиновение всю местность между Тереком и Сунжей, построил крепость Грозную и поселил по Сунже враждебные чеченцам племена, следуя старому римскому принципу «разделять и властвовать». Обезопасив левый фланг со стороны Дагестана, Ермолов пошел в Аварию, на Дженгутай, где беспощадно, на голову, разгромил ополчение аварцев. На зимние квартиры войска стали по Тереку.

В 1819 году построена в Дагестане крепость Внезапная. Аварский хан пытался было предпринять поход с целью изгнать русских из своих владений, но предприятие это закончилось полной неудачей, и он вынужден был покориться. В следующем, 1820 году предпринимались экспедиции, расширившие зону русского влияния. В этом году Черноморское войско (кубанские казаки) было причислено к Кавказскому корпусу. Ермолов предоставил казакам землю по берегам Кубани и дал двухлетнюю отсрочку платы за нее.

Постройкой в 1821 году крепости Бурной был закончен на левом фланге треугольник опорных пунктов. Обезопасив левый фланг, Ермолов обратился свой взор на центр Кавказской линии – Кабарду.

Дабы обезопасить приграничные районы от «непокорных кабардинцев» совершавших «частые наезды с отгоном скота и захватом людей», Ермолов решил построить ряд военных укреплений «в самом сердце Кабарды». К концу 1822 года на территории Кабарды создается ряд военных укреплений, названный впоследствии «Кабардинской линией». По левому берегу Терека закладываются укрепления: Заречное, Пришибское, Урухское, Урванское, Баксанское и др., с подчинением их Управлению Кабардинской линии в крепости Нальчик.

Оставалось Закубанье, где волновались черкесы. В 1823-м и 1824 годах была усмирена смута в Абхазии. В Дагестане по внешности все обстояло благополучно, но в недрах его тлел огонь – в толщу воинственного его населения стала проникать фанатическая проповедь мюридизма. Слово «мюрид» значит послушник. «Мюридизм», с точки зрения догматической, является проповедью неизвестной народу части Корана – деяний Пророка, так называемая Тариката. Практически «мюриды» — послушники давали обет посвятить все свои силы и жизнь газавату – священной войне, борьбе с неверными. Движение возглавил мулла Магомет, стяжавший себе громкую известность под именем Кази-муллы.

В 1825 году обострение отношений с Персией потребовало присутствия Ермолова в Тифлисе. Его отъезд послужил сигналом к общему восстанию Чечни. Восстание это было усмирено генералом Лисаневичем (начальник 22-й пехотной дивизии и Кавказской области), но этот генерал – сподвижник П. Котляревского – был предательски убит, как до него были убиты Лазарев и Цицианов. На его место был назначен генерал Вельяминов, и все усилия снова обратились на левый фланг линии. В конце января 1826 года был предпринят зимний поход на Гехи, в Гойтинский лес.

На Кавказе старый холостяк Ермолов женился, да еще по мусульманским обычаям взяв трех жен из местных жительниц. От этих браков у него было пять сыновей и дочь. После его отъезда с Кавказа жены и дочь остались дома и впоследствии вышли замуж, а сыновей генерал вывез в Россию и добился признания их законными детьми. Все они получили дворянство, стали офицерами.

Но дни Ермолова на Кавказе были уже сочтены. Против него давно велись интриги в Петербурге. Ермолов был опальным генералом. Не выносивший новых «священносоюзных порядков» и немецкого засилья, «пришелся не ко двору» в России 20-х годов XIX века.

Император Николай Павлович, настроенный против Ермолова, послал летом 1826 года на Кавказ генерала И. Ф. Паскевича – официально в помощь Ермолову, на самом же деле для замены его.

В 1827 году 50-летнего генерала А. П. Ермолова отправили в отставку. Это вызвало возмущение в русском обществе. Чтобы это сгладить, царь в 1831 году назначил опального полководца членом Государственного Совета. Живя в Москве, Алексей Петрович более двадцати лет не привлекался к военным кампаниям. И только в разгар Крымской войны, в 1855 году, Ермолова избрали начальником ополчения в семи губерниях, но он согласился принять эту должность только по Московской губернии. Алексей Петрович был глубоко тронут этим знаком доверия и уважения, оказанным ему обществом, но вести войска в Крым ему было уже не под силу.

Скончался Алексей Петрович 11 апреля 1861 года в своем городском доме в Москве.

ИСТОРИЯ, ПУБЛИКАЦИИ, Эдуард Бурда

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *