• 0
    Корзина

ПУБЛИКАЦИИ

19.07.2019

Государственная винная монополия. Ошибка или Благо

Автор:

Олег Ракитянский.

20-го июля 1893 года в России снова официально была введена казенная продажа питей («винная монополия»).

История государственной монополии на винокуренное – контроль за производством, продажей и получением дохода в виде податей (откупов) или акциза берёт своё начало в годы правления Великого князя Иоанна III. В 1448 – 1474 была введена фискальная питейная монополия на производство и продажу «хлебного вина» в том числе и на спиртные напитки – медовуха, пиво. С целью ужесточения княжеского режима вводится положение, разрешающее «варить питья» только для домашнего употребления по семейным праздникам с обязательной уплатой специальной подати так называемой «явки».

Свою лепту в царский контроль и монополию внёс Иоанн IV Грозный, запретив в 1565 году продавать «хлебное вино» в Москве. Однако этот запрет не распространялся на личную гвардию царя – опричников, коим он построил «на балчуге» (на топи) особый дом, названный «кабаком» (в переводе с татарского языка – «постоялый двор»). Кабак «на балчуге» пришёлся по нраву Иоанну Васильевичу и наместникам в города Московии пошли предписания закрывать торговлю «питиями» (т.е. «корчму» — от слова кормиться) и открывать царевы кабаки.

Спустя сто лет державная монополия на винокурение прочно утвердилась в статьях царского бюджета, одурманивая и подбивая бояр на новые эксперименты по спаиванию народа русского ради своего обогащения. Странным образом – эта питейная реформа совпала с нашествием когорты (отрицательная коннотация слова с винным, церковным продуктом – «Кагор» здесь и далее прим. автора) киевского священнического чина в Великороссию и религиозной реформой патриарха Никона.

Но «одурманиванию» народ воспротивился и в 1648 г. в Москве и в других городах начались народные, в том числе и «кабацкие» бунты, в которых городских ремесленников поддержали крестьяне. Историк Ключевский отмечал, что выступления были направлены против «царских временников», чинивших беззакония и многие обиды простому народу. Кроме требования убрать наиболее одиозные фигуры, народ выступал за отмену откупной системы на разные государственные отрасли: таможню, кабаки, винокурение и т.д. К этому следует добавить, что гнев восставших был обращён и в отношении русских жителей Речи Посполитой (Польши). Так, в донесении из г. Касимова (около г. Рязани), спрашивалось, как поступать с черкасами (до вхождения в 1654 г. земель войска запорожского в состав Великороссии жителей подднепровья называли – черкасами), которые понавезли много водки и табаку и торгуют ими на соблазн местного населения.

 

После подавления бунтов царь Алексей Михайлович в главе 22 Соборного Уложении 1649 г. – «Указ о корчмах» – определил борьбу с производством и продажей спиртных напитков частными лицами, то есть с кормчеством. С восшествием на патриарший престол Никона был созван очередной Земский собор 1652 года, названный «собор о кабаках», реформировавший питейное дело путём переименования кабаков в «кружечные дворы» (где вино отпускалось только «на вынос»), были отменены винные откупа и введена казённая продажа питей.

Принятый в 1765 году Устав о винокурении давал определение государственной питейной монополии и деятельности её агентов-откупщиков. Откупщики (часто это была купеческая компания из нескольких человек) получали право вести торговлю на довольно обширной территории, обычно в пределах целой губернии. Им передавались все построенные казной здания питейных домов, кабаков, кружечных дворов. Кроме постоянных заведений откупщики во время ярмарок, народных гуляний могли устраивать временные точки по продаже спиртного, которые именовались «выставками». Казна возлагала на откупщиков и основную тяжесть борьбы с корчемством.

Окончательно установленная Екатериной II откупная система постепенно расширяла круг своего действия. Однако вследствие Отечественной войны 1812 г. большинство откупщиков разорились. По этой причине в 1817 г. по инициативе министра финансов Гурьева вместо откупной системы вновь было введено казенное управление питейными сборами – третья государственная монополия. В 1820 г. сбор от казенной винной монополии составил 77 млн. рублей, т. е. превысил на 24 млн. руб. последний откупной сбор. Наряду с увеличения наполняемости бюджета новая система принесла большую пользу народной нравственности и воскресила совершенно исчезнувшие производство как пива, так  и меда.

Однако и она просуществовала не долго. По итогам прошедшего десятилетия «вскрылись разные злоупотребления, которые усилились и дошли до того, что чиновники держали особые подвалы для корчемного вина, как получаемого с винокуренных заводов, так и экономического из казенных магазинов, и продавали его в свою пользу; содержали через подставных лиц лучшие питейные дома, допускали неуказные выставки…» и т.д. Свою долю в наживе на спаивании и несчастье народа вносили и владельцы винокуренных заводов входивших в сговор с чиновниками для реализации неучтённой отравы.

В связи с этим в сентябре 1827 года по настоянию министра финансов Е. Канкрина Россия вернулась к откупной системе. Во всеподданнейшем докладе Государственному совету Е. Канкрин указал: «...казенное управление показало то важное неудобство, что все злоупотребления по этой части обращались непосредственно в упрек правительству, сословие чиновников развращалось, а публика приписывала затруднительное время отмене откупов...».

Наступила очередная питейная спираль. Государство как после похмелья шатнулось в сторону откупщиков позабыв, об исторических винокуренных граблях. Или же очередная когорта чиновников и лихоимцев (лихва – взятка. Выражение «окупится с лихвой» – компенсируешь понесённые затраты взятками), опутанная вездесущими посредниками из числа инородцев и иноверцев посчитала, что пришла её очередь «напиться» народной кровушки…

Первоначально восстановление откупной системы не принесло казне увеличения доходов. Лишь к 1840 году питейный доход превысил 150 млн. рублей и в дальнейшем этот разрыв только увеличивался, а к середине XIX века, он превратился в крупнейшую доходную статью государственного бюджета и в 1,7 раза превышал поступления от всех казённых налогов. Однако благодушествовать пришлось не долго. Отрезвление в виде «питейных бунтов» 1859 – 1860-х годов на время привело в чувство очередных реформаторов во главе с Александром II. И как после похмелья они увидели и не поверили, что «… в откупной системе, в которой всё было предопределено и регулировались народные слабости, пороки и увлечения, были забыты два элемента: алчность и хищничество тех, кому эта система была выгодна». Система начала хиреть и разваливаться. У неё не было альтернативы. Так как в своём основании она была направлена не на служение народу, а его уничтожению. Вот, почему, пройдя в 1863 — 1893 годах ещё одну стадию — «акцизации», а в сущности – дальнейшего спаивания народа, система винокурения вернулась к государственной монополии.

В условиях перехода России в стадию империалистического развития, царь Александр III отдавал себе отчёт, что совершить промышленный рывок с пьяным рабочим и крестьянином у него никаких перспектив нет. Как писал впоследствии министра С. Витте: «Император Александр III говорил, что его крайне мучает и смущает то, что русский народ так пропивается и что необходимо принять какие-нибудь решительные меры против этого пьянства». Объективности ради следует уточнить, что вопрос о введении винной госмонополии предлагался министром финансов И. Вышнеградский ещё в 1886 году.

К моменту введения винной монополии в 1894 году, в России насчитывалось 148 296 кабаков, или 1 кабак на 791 человека. Для сравнения: всех учебных заведений было около 50 000, что составляло одно на 2260 человек, т. е. потребность в кабаках была втрое выше запроса на учебные заведения.

В качестве эксперимента государственного контроля в области винокурия 8 июня 1893 года была введена казенная продажа спиртных напитков в Пермской, Уфимской, Оренбургской и Самарской губерниях. С 1 января 1895 г. винная монополия была распространена еще на 31 губернию. Поочередное распространение монополии на другие губернии продолжалось до 1902 г. К тому времени она охватила всю европейскую часть страны и часть губерний Западной Сибири (всего 63 губернии и 8 областей). Здесь проживало подавляющее большинство населения страны. На Восточную Сибирь и на Дальний Восток винная монополия распространилась с июля 1904 г. Монополией не были охвачены лишь Закавказье, Туркестанский край, Приморская, Приамурская, Камчатская, Закаспийская и Семиреченская области.

Шестого июня 1894 г. было утверждено положение о казенной продаже, в соответствии с которым из частной торговли изымались спиртные напитки, водка и водочные изделия; торговля же пивом, портером и брагой оставалась на прежнем основании. Реформа по установлению государственной монополии на алкоголь, как уже указывалось, преследовала несколько конкретно поставленных целей. Целями вводимой реформы предусматривалось:

 

  1. Упорядочение винной торговли в стране;
  2. Повышение качества крепких напитков и в первую очередь водки (в 1894 году правительством России был запатентован продукт, который и стал считаться на мировом рынке русской водкой: хлебный спирт, перестроенный и разведённый по весу водой до 40-градусной крепости),
  3. Увеличение винных поступлений в казну;
  4. Повышение культуры потребления спиртных напитков.

 

При введении винной монополии преследовались и определённые внутриполитические цели. Так, в докладе С. Витте от 11 июля 1894 г. указывалось: «...казенная питейная монополия даст возможность совершенно изъять торговлю питиями из рук евреев и таким образом послужить решительным шагом на пути освобождения местного христианского населения из-под еврейской зависимости, и чем скорее будет устроена казенная продажа питей, тем больше выиграет население, а потому представляется крайне желательным без замедления приступить к введению реформы в губерниях, входящих в черту еврейской оседлости». Император Александр III против этих слов написал: «Совершенно разделяю это».

В реализации государственной монополии выделяются два периода: 1) 1894 – 1904 годы; 2) 1905 — 1914 годы. Первый период характеризовался резким сокращением мест продажи крепких напитков при переходе от свободного оборота алкоголя к монополии на сбыт. Например, в 1897—1898 годах в губерниях, где вводилась реформа, число мест торговли сократилось на 40-64 %. Второй, скажем так, послереволюционный и предвоенный этап сохранил достигнутые темпы первого этапа и с 1912 года активизировались мероприятия правительства, и прежде всего общества, по снижению потребления крепких напитков.

Борьба с этим тяжким народным недугом проводилась в рамках разработанной системе комплексных мероприятий. В частности, при финансовой поддержке правительства была реанимирована деятельность Обществ трезвости. Члены обществ добровольно отказывались от потребления алкоголя, а также осуществляли мероприятия, препятствующие распространению, производству и потреблению алкоголя. Такие организации в подавляющем большинстве создавались священнослужителями, хотя могли организовываться и представителями интеллигенции. В программе работы обществ преобладали: чтения, спектакли, чаепития, лекции. Для членов обществ функционировали кассы взаимопомощи, оплачивалась покупка необходимых лекарств.

Одновременно с введением винной монополии государство озаботилось воспитанием в народе культуры пития посредством организации за казённый счёт с 1894 года Попечительства о народной трезвости из числа местных чиновников, интеллигенции и всех желающих.  Такие организации имели две четкие цели: разъяснить населению вред от злоупотребления алкоголем; дать ему возможность проводить досуг вне кабаков. Осуществлялись эти цели путем организации народных читален и чайных, распространения соответствующей литературы, созданием лечебных учреждений для больных алкоголизмом. Денежные средства на существование попечительств выделяла казна, однако организации могли иметь и иные источники дохода, такие как: пожертвования, доход от продажи литературы, сборы с устраиваемых народных чтений и чаепитий. Так же Попечительства о народной трезвости следили за соблюдением винной монополии, и в этом вопросе имели те же полномочия, что и акцизные управления. За раскрытие нарушений монополии попечительства получали вознаграждения, которые также шли на обеспечение функционирования организаций.

К существенному недостатку винной монополии того периода следует отнести тот факт, что пьянство вышло из питейных заведений на улицу и пришло в семью.

В любом случае – активное развитие российского промышленного и сельскохозяйственного производства, транспортное и городское строительство, в союзе с сопутствующими мерами образовательного и культурного характера значительно снизили тягу населения пьянству и оздоровили общую, антиалкогольную атмосферу народа в стране. Введённая императором Николаем II монополия позволили России стать самой непьющей страной в Европе после Норвегии.

Но, наиболее значимым итогом стала готовность населения державы с августа 1914 года принять введение Государем запрета на употребление спиртного (так называемого «сухого закона»). И соблюдение этого «сухого закона» на протяжении 11 лет.

АВТОРЫ, ИСТОРИЯ, Олег Ракитянский, ПУБЛИКАЦИИ

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».