• 0
    Корзина

ПУБЛИКАЦИИ

24.12.2019

Император Александр I Благословенный

Автор:

Алексадр Музафаров.

25 декабря 1777 года в Санкт-Петербурге родился Великий Князь Александр Павлович, будущий Император Всероссийский Александр I.

Имя новорожденному выбрала бабушка – Императрица Екатерина II. Имя, как ни странно, редкое. В русской царской семье, а до того в великокняжеском роду оно последний раз встречалось в XIV веке. Носитель его, князь Александр Михайлович Тверской был убит в Орде, и тут не обошлось без интриги умного московского князя Ивана Калиты. С тех пор Александров на престоле на Руси не было. Коронованная бабушка интересовалась русской историей, но еще лучше знала историю античную, где имя Александр было именем грозного македонского царя, сокрушившего восток, во славу Эллады.  Но еще, оно же было именем и святого покровителя Санкт-Петербурга – Александра Невского, умевшего ладить с Востоком, и воевать с Западом. Многозначительное имя. Смыслов в нем можно найти много, но главное – имя обязывающее.  Человек с таким именем, родившийся в царской семье, не имел права «просто» прожить свою жизнь (если такое для монарха вообще возможно), он должен был найти и исполнить свое предназначение.

Бабушка воспитывала внука в соответствии с духом времени, духом просвещения, исполненного идей свободы и гуманизма. Главным учителем Великого Князя стал швейцарец Федерик Сезар де Лагарп, будущий якобинец. Он учил, что в такой большой стране как Россия, обязательно должна быть монархия, но монарх должен быть республиканцем, человеком свободы. Его долг – просвещать подданных и вести их к счастью. А что такое счастье? Это когда всем хорошо. Но как сего достичь? Только разумными законами. А что заставит людей соблюдать эти законы? Может быть вера? Нет, вера – это в прошлом. Религия – опиум для народа (не в смысле наркотик, на дворе все-таки XVIII век, а в смысле обезболивающее). И вот царевич пишет под диктовку учителя в тетрадке:

«Иисус Христос – некий еврей, именем которого названа одна христианская секта».

Чудовищное кощунство! Ладно, юный Александр не понял, того, что написал (хотя в 12 лет вполне мог бы и понять), но ведь его тетрадки проверяли и другие воспитатели, и бабушка! Не обратили внимания или сочли неважным? Этот случай очень хорошо показывает, что такое «просвещение» в качестве мировоззрения.

Когда в 1789 году во Франции началась революция, юный царевич болел за… революционеров. Ведь они были «людьми свободы»… Вместе с друзьями юный Александр играл в якобинцев. Настоящие якобинцы призывали «смерть коронованным тиранам», а «коронованный тиран» находил это забавным.

Впрочем, до короны было еще далеко. Отрезвление наступало постепенно – ужасы революционного террора, казнь добродетельного короля Людовика XVI, его супруги Марии-Антуанетты, убийство тысяч невиновных людей, террор в Вандее и Бретани, война против соседей… Оказалось, что идеи свободы и просвещения на деле выглядят страшно. Может, революционеры их неверно понимают?

Екатерина Великая колебалась кому оставить престол – сыну или внуку. Первый искус властью Александр выдержал с честью, против отца не пошел. Павел Петрович верность сына оценил. Но та дистанция, которую усиленно раздвигала бабушка между сыном и внуком никуда не ушла. Павлу Петровичу  — за сорок, Александру Павловичу  — всего двадцать. Не просто найти общий язык. Государь и наследник принадлежали к разным поколениям. Дипломатичный, обаятельный, понимающий Александр мог бы стать ближайшим сотрудником отца, сглаживающим взрывной характер Павла Петровича, но… черная кошка недоверия пробежала между ними.

Есть легенда, что как-то, зайдя в комнату сына, Павел Петрович увидел книгу по римской истории, открытую на главе об убийстве Цезаря Брутом. Усмехнувшись, Государь велел слуге отнести наследнику «Историю Петра Великого», открытую на главе о деле царевича Алексея.

Не так важно было ли сие на самом деле. Этот исторический анекдот весьма наглядно показывает дистанцию, а вернее пропасть между царем и наследником. Так шутить могли бы два политика, но никак не отец и сын.

О роли царевича Александра в заговоре против отца современники будут хранить глухое молчание. Слишком уважали и чтили мемуаристы победителя Наполеона, чтобы вспоминать о темных страницах его биографии. Одно известно точно – Александр о заговоре против отца знал. Знал и…. и  в лучшем случае, ничего не сделал, чтобы помешать им.

И вот, роковым утром 11 марта 1801 года он стал Императором. И сразу осознал насколько тяжела она, шапка Мономаха. Оказывается, сделать страну счастливой не так-то и просто. К тому же, революция, в которую было так весело играть в детстве, персонифицировалась в лице талантливого генерала Наполеона Бонапарта, который умело сочетал личные амбиции всемирного завоевателя и реализацию планов всемирного просвещения. Вот кто мечтал снискать лавры Александра Македонского в XIX столетии от Рождества Христова. Или, что вернее, второго десятилетия по республиканскому календарю.

Впервые молодой русский царь столкнулся с Бонапартом в 1804 году. Тогда французские военные похитили и убили герцога Энгиенского, потомка боковой ветви династии Бурбонов. Преступление возмутило всю Европу своей наглостью. Конечно, политика была делом не всегда чистым и политические убийства случались и прежде, но здесь было не только убийство, но и демонстративное нарушение законов. Россия направила в Париж официальную ноту:

«Его Императорское Величество был столь же огорчен, как и изумлен, узнав о событии в Эттенхейме, о сопровождавших его обстоятельствах и о его прискорбном последствии… Е. И. В-во, к несчастью, видит в этом нарушение, столь же бесполезное, как и очевидное, международного права и нейтральных владений, – нарушение, последствия которого трудно исчислить и которое, если его сочтут дозволенным, поставит ни во что безопасность и независимость державных государств Германской империи… Е. И. В-во уверен, что Первый консул постарается внять справедливым нареканиям германского корпуса и почувствует необходимость употребить самые действенные средства, чтобы успокоить все правительства относительно только что внушенного им страха и содействовать прекращению порядка вещей в Европе, слишком опасного для их спокойствия и независимости, на которые они имеют неоспоримое право»

Наполеон ответил предельно нагло:

«Если бы нынешним предметом мыслей Е. В-ва было составление новой коалиции в Европе и возобновление войны, то к чему напрасные предлоги и отчего бы не действовать более открыто? Как бы ни было прискорбно Первому консулу возобновление неприязненных действий, нет на свете человека, который мог бы запугать Францию, которого он допустил бы вмешаться во внутренние дела страны. И так как он сам не вмешивается в партии или мнения, которые могут раздирать Россию, то и Е. В-во И-р не имеет никакого права вмешиваться в партии и мнения, которые могут раздирать Францию… Предъявленная теперь Россией жалоба заставляет спросить: если бы в то время, когда Англия замышляла убиение Павла I, знали, что зачинщики заговора находятся на расстоянии одного лье от границы, неужели не постарались бы схватить их?».

Цель – оправдывает средства. И стало ясно, что договариваться с первым консулом Французской республики договориться не получится – он все равно нарушит любые соглашения, когда сочтет удобным.

Нужно было найти средство и не только против несокрушимых полков новоявленного военного гения, но и против идей, которые революционеры несли Европе.

«Французы сумели распространить» общее мнение, что «их дело — дело свободы и благоденствия народов. Было бы постыдно для человечества, чтобы такое прекрасное дело пришлось рассматривать как задачу правительства, ни в каком отношении не заслуживающего быть его поборником.

Благо человечества, истинная польза законных властей и успех предприятия, намеченного обеими державами, требуют, чтобы они вырвали у французов это столь опасное оружие и, усвоив его себе, воспользовались им против них же самих».

(Из письма Императора Александра послу Российской Империи в Великобритании).

С этим получалось плохо. И в 1807 году пришлось лицемерно обниматься с Бонапартом на плоту посреди Немана. Позорно? А что делать, если за спиной супостата победоносная армия, а за твоей – беззащитная Россия.

Неманские объятия никого не обманули – между Россией и Францией (а вернее – покоренной Европой) должна была начаться новая война.

Готовилась армия. Генерала разработали более 50 планов будущей войны, в том числе и знаменитый «скифский», предусматривавший сознательное отступление в глубь России. Для выполнения этого плана нужны были не только железные нервы военных, но политическая воля Императора. Ни один русский царь сознательно не допускал врага в пределы отечества!

В сентябре 1812 года напряжение в войне достигло предела. Французские флаги развевались над башнями московского Кремля. В Петербурге иные заговорили о том, что пора мириться. О том же думал и Бонапарт, озирая московское пепелище.

Александр смотрел вокруг себя и не видел точки опоры. Рациональные доводы говорили – все кончено. Скифский план провалился. Бонапарт в Москве, его армия по-прежнему сильна, что может спасти Россию? Только чудо. Но Чудо Бог один творит….

Государь совершенно неожиданно для свиты попросил Евангелие. В библиотеке Зимнего дворца его не нашлось. Нашлось в личной библиотечке супруги, императрицы Елизаветы Алексеевны. На немецком языке. Не беда, Слово Божие на всех языках звучит одинаково. На следующий день(!!!!) государю принесли Священное Писание на церковнославянском, а заодно доложили, что последний раз оно издавалось в России во времена Императрицы Елизаветы Петровны (полвека назад), а русского перевода и вовсе не существует.

Государь взял Книгу, и впервые в жизни пришел в Церковь не играя роль православного монарха, защитника Веры, а будучи им на самом деле. Государь стал молиться….

И Бог помог! Отбитая от Малоярославца, армия французов устремилась все быстрее и все уменьшаясь к западной границе….

«Я чувствовал в себе пустоту, и душу мою томило какое-то неясное предчувствие. Пожар Москвы просветил мою душу; Суд Божий на ледяных полях России преисполнил мое сердце теплотою Веры. Тогда я познал Бога, как открывает нам Его Святое Писание; с тех пор я понял Его волю и Его закон, и во мне зрела твердая решимость посвятить себя и свое царствование Его имени и славе»

Напишет потом Александр Павлович о тех роковых днях. Вдумайтесь, чтобы правитель православной Империи уверовал в Бога потребовалось вторжение в Россию армии двунадесяти языков. Но Царь уверовал, и Бог спас Россию.

«Не отнимая достойной славы ни у Главноначальствующего над войсками нашими знаменитого Полководца, принесшего бессмертные Отечеству заслуги, ни у других искусных и мужественных вождей и военачальников, ознаменовавших себя рвением и усердием; ни вообще у всего храброго Нашего воинства, можем сказать, что содеянное ими есть превыше сил человеческих. И так, да познаем в великом деле сем промысл Божий».

Напишет Александр в Манифесте об изгнании неприятелей из российских пределов. И даст обет – построить храм Христа Спасителя. А еще – повелит начать перевод Священного Писания на русский язык. И открывая Библию в Синодальном переводе, вспомните и о покаявшемся царе-просветителе.

Чудо на снежных полях России вдохновило на борьбу с Бонапартом всю Европу. Наполеон по-прежнему был гениальным полководцем, его солдаты по-прежнему были отважны и умелы, но и их противники научились воевать, а главное – нашли идею, за которую сражались – за Христа. Начался крестовых поход христианских монархов и народов против революции.

В 1814 году пал Париж. В пасхальную ночь, на том самом месте, где был казнен несчастный Людовик XVI развернулись полковые церкви русской армии. Полковые батюшки, те, что прошли с солдатами путь от Москвы до Парижа, начали службу.

Христос Воскресе! – гремело над площадью.

«Торжественной была эта минута для моего сердца; умилителен, но и страшен был для меня момент этот. Вот, думал я, по неисповедимой воле Провидения из холодной отчизны Севера привел я православное мое русское воинство для того, чтобы в земле иноплеменников, столь недавно еще нагло наступавших на Россию, в их знаменитой столице, на том самом месте, где пала царственная жертва от буйства народного, принести соборную, очистительную и вместе торжественную молитву Господу».

Пасха в тот год совпала у Православных, католиков и протестантов. Это была победа Христианства над первой попыткой мировой революции.

Александр оправдал свое имя – не исторические ассоциации, а его изначальное значение – защитник людей. Он защитил свой народ.

Но обретя веру, русский царь обрел и голос совести. Который грозно вопрошал – а что делал он в роковую мартовскую ночь 1801 года. Царь молился, посещал обители. Порой официально как подобает Императору, порой тайно, но всегда искренне. Родилась легенда о его встрече с Серафимом Саровским. Никаких документальных подтверждений ей нет, но есть твердое убеждение христианского народа, что не мог христианский государь не встретиться с русским святым, жившим в одно с ним время.

А после смерти государя родилась иная легенда, будто не умер Александр Павлович в Таганроге, в ноябре 1825 года, а пошел странствовать по Руси-матушке в образе простого странника Федора Кузьмича….

Почти полтора века спорят историки было ли так. Ибо Федор Кузьмич действительно существовал и был он святым человеком (Прославлен как местночтимый святой Томской Епархии).

И сейчас неважно насколько легенда правдива, важно, что она возникла. Ни про кого из предков Александра таких легенд не складывали. А значит народ заметил  покаяние своего Государя и Господь принял его.

АВТОРЫ, Александр Музафаров, ИСТОРИЯ, ПУБЛИКАЦИИ

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».