ПУБЛИКАЦИИ

28.02.2018

Ишим — город с особым характером, вписанный в сказку

Ишим, небольшой городок в Тюменской области относится к числу городов, о которых вспоминают, лишь когда там случается нечто экстраординарное – например, ишимское наводнение 2016 года попало во все новостные выпуски.

Но так ли он прост, этот мало кому сегодня известный городок? Не его ли Петр Ершов в своей чудесной сказке назвал «град-столицей» — ведь здесь два века подряд шумела известная не только в России, но и далеко за её пределами Никольская ярмарка? А деревня Безруково, где родился Ершов – это ведь и есть то самое «село», в котором «братья сеяли пшеницу да возили в град-столицу». Да, здешние озёра местные рыбаки и охотники до сих пор называют «морем». Как тут не вспомнить ершовское – «Козы нá море ушли…».

У этого города особый характер. На Октябрьской площади Ишима стоит бронзовый памятник Сталину. В основании обновлённого памятника табличка: «С этого места... с 22 июня 1941 года уходили наши земляки на фронт, и здесь же 9 мая 1945 года встретили Великую Победу...» И подпись – «Благодарные ишимцы».

2017 год стал для Ишима особенным. 330 лет назад в Приишимье пришли русские под руководством казака Ивана Коркина и тобольского дворянина Петра Онофриева и заложили пограничное укрепление, ставшее центром Ишимской оборонительной линии. А 235 лет назад Коркина слобода указом Екатерины II слобода получила статус города и новое имя.

В 2017 году увидел свет изданный общественным благотворительным Фондом «Возрождение Тобольска» (руководитель Аркадий Елфимов) очередной XXIX том альманаха «Тобольск и вся Сибирь», посвященный Ишиму. Книги этой серии отличает одно замечательное свойство – страница за страницей любой из сибирских городов, которому посвящен очередной том альманаха, из абстрактной точки на карте детализируется, обретает объем, буквально возникает в пространстве. И даже если в этом городе ты никогда не бывал, он в итоге становится тебе знакомым.

Оказывается, маленький город (население Ишима всего 65 тысяч человек) так же как и большой можно очень долго рассматривать, открывать для себя.  Вот план Коркиной слободы с форпостом, составленный на основе чертежа 1747 года. Базарная площадь с городской управой и пожарной каланчой в начале прошлого века. Грандиозная Ишимская ярмарка – бесчисленные торговые ряды заполняют всю площадь. А вот смотрят со старинной фотографии участники строительства  Тюмень-Омской железной дороги с семьями.

Все подробности – далее, в разнообразных текстах. Составителем книги выступил заместитель директора ишимского историко-художественного музея по научной работе, Геннадий Крамор, редакторскую работу традиционно проделал Юрий Перминов.

История Ишима началась во времена, когда в этих землях было неспокойно — сыновья и внуки разгромленного хана Кучума тревожили своими набегами мирные селения. «После одного из набегов мирные татары обратились с челобитной в Москву и просили для защиты их в устье Ишима поставить русскую заставу. Так 1632 г. в устье реки Ишим был поставлен Ишимский острожек. Строительство его показывает одну особенность освоения Сибири русскими: удовлетворялись просьбы местных жителей о защите. Эти факты многочисленны и дают право говорить о добровольном присоединении Сибири, а не только о завоевании её», — повествует в своей статье известный омский историк Александр Колесников.

17 марта 1785 года Екатерина II утвердила гербы 16 городов Тобольского наместничества. В нижней половине герба Ишима изображался «в синем поле золотой карась; в знак того, что в окружности оного города находится множество озёр, которые изобилуют рыбой и отменной величиной оных».

Как слобода стала городом, подробно рассказывает краевед Фёдор Пашков. Коркина слобода имела стратегическое значение, находясь рядом с новой Ишимской линией, на границе с киргиз-кайсацкой ордой. Сыграла свою роль и ее удаленность от Тобольска.

С работами современных исследователей соседствуют настоящие раритеты. В опубликованном в 1829 году очерке «Статистическое описание города Ишима и Ишимской Округи», автором которого был смотритель Ишимского уездного училища Максим Дёмин, множество интересных подробностей. Автор констатировал «Доныне ещё видны на площади, посреди Ишима, заросшие остатки рва и вала». И оказывается, большая вода не единожды приходила в Ишим « к достопамятностям его причислить должно бывшие здесь в 1738, 1784 и 1824 гг. сильные наводнения». Правда, тогда разливался Ишим, обрушивая высокие берега. Недаром название этой реки происходит от тюркского слова, означающего «разрушать, валить».

Но когда в апреле 2016 Ишим замелькал в федеральных новостных сюжетах, река Ишим оказалась совершенно не причем. Это показали свой нрав малые реки – Карасуль и впадающая в неё в пределах города Мергенька (Мергень). Они стали проявлять себя в послевоенное время – когда прежние заливные луга стали жилыми кварталами.

А потом перед читателем возникает старинный сибирский город, очень осязаемый – до ощущения нагретого солнцем дерева и бархатистого старого кирпича.

Архитектурное наследие старого Ишима очень интересно. Барокко, классицизм, эклектика, модерн получили в провинциальном сибирском городке своеобразное истолкование – как отмечает краевед Татьяна Савченкова, на городскую архитектуру оказывало сильное влияние народное зодчество.

Жемчужина Ишима – Богоявленский собор. Величественный белый храм, украшенный, точнее увитый лепным растительным узором отличает декоративность, присущая произведениям сибирского барокко. Он словно парит над городом – над заливными лугами, полями и перелесками.

Впечатляют маленькие дворцы богатых сибирских купцов, радуют глаз богатым декором построенные в начале минувшего века здания из неоштукатуренного красного кирпича — они напоминают палаты и церкви Москвы и Ярославля XVII в., стиль которых получил название «узорочье». А в старой части города можно увидеть деревянные дома, давно отметившие вековой юбилей. Причем в зданиях, независимо от материала, из которого они были построены, легко соединялись декоративные элементы деревянной и каменной архитектуры

На страницах книги в причудливый узор складывается разбросанное по разным улицам деревянное узорочье. Наличники, в узоре которых словно бы повторяется рябь на поверхности бесчисленных местных озер — украшенные тонким растительным орнаментом, излюбленными мотивами которого являются изящные мелкие стебельки с завитками и листьями или расходящиеся из вазона побеги с цветами.

Поэт Владимир Нечволода в свое время написал такие строки:

Когда б всю резьбу в эту пору

На старую площадь свезти –

Поднялся бы  сказочный город

У новых дворцов на пути!

И мы бы увидели снова

На крышах – диковинных птиц,

Конька-Горбунка свет Ершова,

Медведей  и лис-огневиц…

Теперь этот сказочный город наконец поднялся – на книжных страницах.

Всего за полстолетия – с 1817 по 1871 годы в уездном Ишиме в результате создания четырёх учебных заведений – уездного училища, приходской школы, женской прогимназии и духовного училища – сложилась достаточно гибкая и объёмная образовательная система.

Сибиряки, вопреки распространенному мнению, вовсе не были невежественными и безграмотными. Декабрист Штейнгейль в 1843 году с удовлетворением отмечал у ишимцев «желание учиться грамоте почти всеобщее. Все постигают в том надобность».

С железной дорогой, повлиявшей и на городскую планировку, и на судьбу Ишима, связано знаковое для города событие — проход через станцию Ишим в апреле 1918 года поезда, в котором находились «бывший» царь Николай II и члены его семьи.

Всего  несколько месяцев спустя сибирская земля стала центральной ареной междоусобного противостояния. В Ишиме и его окрестностях на железнодорожных станциях немало зданий – безмолвных свидетелей тех страшных событий.

Сохранилось и бело-зелёное (геральдические цвета Сибири) знамя 16-го Ишимского полка с гербом Ишима, фото которого сейчас выставлено на сайте зарубежного интернет-аукциона. Солдаты-ишимцы сражались осенью 1918 года на Северо-Уральском фронте. Это о них генерал К.В. Сахаров писал: «Дух и внутренняя спайка среди этих частей были замечательные. Офицеры и солдаты жили в общих землянках, зачастую обер-офицеры стояли в строю и в бою как рядовые. Жила среди всех нас большая вера в справедливость своего дела».

Несколько глав посвящено самой яркой и трагической странице истории Ишима – Ишимскому крестьянскому восстанию. По своей масштабности и трагичности это почти забытое восстание значительно превосходит и Кронштадт, и Тамбовщину.

Причины представлены наглядно – на фото Приказ № 1 Ишимской уездной чрезвычайной комиссии по проведению продовольственных развёрсток «Об усилении проведения развёрстки». И это после прошлогоднего неурожая... Для выполнения планов изымали даже семена, угрожая расстрелом за неповиновение. Все заявления и протесты остались без ответа... И, в конце концов, отчаявшиеся люди взялись за оружие – после гражданской войны его хватало во всех деревнях….

Остров Плита местные называют островом Шевченко. Здесь среди болот принял последний бой отряд человека, которого красные называли самым опасным и бесстрашным бандитом Ишимского уезда. Петр был настоящим богатырем – в мирные времена на ярмарке на потеху толпе он брал один на плечо слегу длиной десять метров, которую ему подносили четверо…

С Великой Отечественной войной связаны героические страницы истории сибирского города. Вот улыбаются с фотографии бойцы 229-й стрелковой дивизии «ишимского» формирования — совсем еще мальчишки. Вполне может быть, что именно сопротивление этих необстрелянных дивизий, стоявших в обороне между Чиром и Доном, помешало армии Паулюса с марша дойти до Волги и ворваться в Сталинград.

На средства ишимцев в войну были построены танк «Сибиряк-ишимец» и авиаэскадрилья «Ишимский рабочий». В паровозном депо сооружён бронепоезд «Патриот». На Курской дуге он успешно противостоял немецким «Юнкерсам». 4 августа, во время одновременного налёта двадцати девяти самолётов бронепоезд «Патриот» сбил один «Юнкерс», а другой подбил. Потом после прямого попадания бомбы, бронепаровоз сошёл с рельсов. Но бойцы под обстрелом за два часа поставили его обратно и «Патриот» продолжил бой.

Говоря об Ишиме, разумеется, нельзя не сказать о Петре Ершове. Ведь он появился на свет в деревне Безруково Ишимского округа — в семье «комиссара Черемшанской части» Павла Ершова. Свою малую родину писатель никогда не забывал — это название увековечено в фамилиях нескольких героев его произведений.  Писатель-сказочник не только выхлопотал разрешение на постройку храма в родном селе — «заботы об устройстве церкви в селе Безруково составляли для него одно из самых отрадных занятий до последних минут жизни».

Анатолий Омельчук на церемонии вручения Х Международной литературной премии имени Ершова заметил: « Пётр Ершов – подлинная жемчужина и русской, и мировой литературы. Им создана не просто замечательная поэтическая сказка для детей «Конёк-Горбунок». Это поистине национальный эпос. Загадочная русская душа озорной сказкой-притчей расшифровывается для всего мира. Ершов – это Россия: сокровенная, настоящая, глубинная.»

А еще Петр Ершов был удивительным поэтом, умевшим запечатлеть неуловимое – чтобы в этом убедиться, достаточно прочитать его стихотворение, озаглавленное «Час тайны»

Девушка из Ишима Прасковья Луполова в девятнадцатом столетии стала живой легендой. Удивительная история Параши Сибирячки получила отражение в самых разных литературных и сценических жанрах. С одним рублем и образом Божией матери Прасковья отправилась в Петербург за справедливостью – просить за отца, который был лишен чинов и дворянства и сослан в Сибирь по обвинению в укрывательстве воров. В дороге она пробыла почти год. Ее прошение не осталось без отклика — император разрешил Луполову проживать, где он хочет, кроме столиц.

Оказывается, Ишим связан и с легендарной битвой русского крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» с японской эскадрой при корейском порту Чемульпо. В составе экипажа лодки «Кореец» значился писарь II статьи, ишимец Павел Глазунов. Он всю жизнь берег как святыню памятную серебряную медаль, врученную императором.  О том, что отец – герой Русско-японской войны, его сыновья узнали только полвека спустя — в день 50-летия событий при Чемульпо.

Мало кто знает, что детство великого русского инженера и конструктора Николая Никитина, создателя Останкинской телебашни —  прошло в сибирских городах – Тобольске и Ишиме. В Ишиме учился и начал увлекаться авиацией знаменитый летчик герой Советского союза Иван Копец. Здесь жил и работал известный сибирский спортивный наставник Василий Порфирьев. Его ученики зимой 1935 года сумели первыми среди сибирских школьников осуществить многодневный лыжный переход – вдоль железнодорожного пути до города Омска. Протяжённость маршрута составила почти 300 километров. На окраине Ишима в 1943 году жил священноисповедник Афанасий (Сахаров). Ишимцы оказывали ссыльному владыке всяческую помощь, а он тайно совершал в их домах церковные службы, крестил детей.

Много сказано в книге и о достойных памяти делах наших современников.

Крупный нефтяной бизнесмен Юрий Шафраник вернул родному селу Карасуль веру в завтрашний день. Его усилиями благоустроен центр села, в Карасуле появились современный спорткомплекс с бассейном и Центр культуры и досуга, при котором создан кукольно-драматический театр.

Крупный отечественный промышленник Сергей Козубенко в родном Ишиме больше известен как меценат. Ведь его кредо «Если есть возможность – надо помогать людям». Именно он нашел средства на строительство нового храма Петра Столпника на малой родине Ершова.

А в Ишимскую православную гимназию, основанную протоиереем Михаилом Денисовым, родители хотят записать детей сразу после рождения. «Три «кита», на которых там держится воспитание ребёнка – это христианство, музыка и спорт

В  книгу, посвященную Ишиму вошла и необычная повесть в письмах – о горестях разлуки с самыми близкими и радости творчества. Здесь впервые опубликованы письма забытого большого художника ХХ столетия Владимира Комаровского, которые он писал жене Варваре Фёдоровне из Ишима, где отбывал трехлетнюю ссылку. Комаровский писал картины в «иконописном стиле», утверждая, что «только так называемая «иконописная форма» – есть образ и подобие Божие по самому существу, т. е. она ничего не «выражает», являясь сама по себе частицей жизни вечной».

Ишим увековечен в первом очерке, открывающем сибирский цикл Чехова. Возница Чехова, нанятый им в Тюмени, рассказывая свою «биографию», упоминает родителей – «киржаков» (раскольников), которые «за всю свою жизнь не видали ни одного города, кроме Ишима». Этот уездный город оставил у писателя очень приятные впечатления. А ишимские валенки Чехов будет вспоминать в течение целого месяца.

«Малый эпос» повествует о местных литераторах. Иван Ермаков работал в жанре сказа — трудном и довольно редком.  Школьный учитель Михаил Зверев, избравший для себя псевдоним «Лесной» рассказывал в своих книгах о лесах и озёрах Приишимья, рассказывал удивительно – ярко и живо. А ставший известной фигурой в российском литературном мире писатель Александр Плотников четыре года писал для газеты ишимского музея свои воспоминания об ишимском детстве. Их он подписывал творческим псевдонимом в честь родного города «Алекс Ишимов».

В яркую мозаику складываются ишимские ковры с букетами, венками и гирляндами из царственных роз и маков на черном фоне, художественные фотографии Петра Жилина, где юные героини, окружённые световым ореолом, словно парят, утратив материальную природу, картины ишимских художников – где встречаются отсветы иконописной традиции, рембрандтовская светотень, изысканная восточная стилистика…

Действительно, когда-то давно рядом с Ишимом пролетела та сказочная Жар-птица и обронила перо. И до сих пор «чудный свет кругом струится,  но не греет, не дымится» — освещает не поле, а целый город и все, что было создано и создается в нем.

Автор: Елена Мачульская

ИСТОРИЯ, РЕГИОНАЛЬНЫЕ НОВОСТИ

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».