• 0
    Корзина

ПУБЛИКАЦИИ

24.10.2019

Катастрофа на Байкануре

Автор:

Олег Ракитянский . 

24-го октября 1960 г. на стартовой площадке космодрома Байконур произошел взрыв опытной межконтинентальной ракеты Р-16

Взрыв был вызван разрушением баков первой ступени и взрывообразным возгоранием компонентов ракетного топлива. По официальным данным во время охватившего стартовую площадку пожара погибло 74 человека. Позднее от ожогов и ран скончались ещё четыре человека (по данным из альтернативных источников погибло от 92 до 126 человек). Среди погибших был главнокомандующий РВСН Главный маршал артиллерии М. Неделин.

*****

Вторая половина 50-х годов 20-го столетия – период так называемой политической «оттепели» во внутренней и отчасти во внешней политике Советского Союза явно не соответствовала тому глубокому смыслу, который вложил в это выражение Ф. Тютчев, характеризуя начало реформ нового Императора Александра I. Поездки Н. Хрущёва в Великобританию, США, «кукурузная политика» в сельском хозяйстве затеянная с подачи американцев, международный фестиваль молодёжи в Москве, так и не убедили коллективный Запад в миролюбивости СССР. С завидным упорством, заклятые «партнеры» нашей страны продолжали возведение «частокола» ракетных баз по периметру наших границы, отрабатывая новые маршруты и цели уничтожения для своих стратегических бомбардировщиков.

В свою очередь, реализовывая свои ракетные программы, не бездействовал и Советский Союз. Созданная в КБ С. Королёва ракета Р-7 позволила успешно запустить первый искусственный спутник Земли и первого космонавта Ю. Гагарина на околоземную орбиту: стать пионерами в освоении космического пространства. Однако, она оказалась не пригодной для парирования военных угроз НАТО по причине необычайной дороговизны (затраты на один пуск приравнивались к годовому бюджету среднестатистического города). Да, шла гонка вооружений. Но, гнаться надо было не спеша, не обрекая народ, ещё не «отдышавшейся» после разрушительной войны, на нищенское прозябание.

В таких вот условиях «оттепели» (вернее сказать – слякоти) СССР пришлось разрабатывать меры противоракетных ударов со стороны Запада. Имевшиеся у нас на вооружении в конце пятидесятых годов ракеты Р-5, Р-12 и Р-7А не могли обеспечить надежную безопасность: территория США была для них недосягаемой. Ракеты Р-5 и Р-12 – это ракеты средней дальности, а межконтинентальная Р-7А конструкции С. Королева создавалась для космических целей и как боевая была далека от совершенства (ракета поставлена на боевое дежурство 20 января 1960 г.). В то время она имела на Байконуре и в Плесецке всего четыре стартовых комплекса, абсолютно беззащитных перед любым самолётом противника. Один из главных недостатков Р-7А – использование в качестве окислителя жидкого кислорода. Заправленную ракету нужно было постоянно подпитывать, поэтому недалеко от пусковой площадки строился завод по производству кислорода, его подвозили к месту старта в цистернах. Это резко снижало боеготовность и скрытность ракеты. С. Королёв делал Р-7 на керосине и жидком кислороде, что безопасно. Но охлаждение кислородом в те годы был слишком долгий процесс. А на войне – это поражение. Для Р-7 время подготовки до пуска составляло 24 часа. НАТО наносили удары по крупным городам и военным объектам СССР через 30 минут. Следовательно, нужна была новая ракета с «быстрым» топливом. Ракета на кислоте. Топливо демитилгидрозин и тетра актив азота позволяла готовить ракету за 20 минут и держать заправленной в течение месяца. Но у этих соединений был весьма серьезный недостаток – топливо оказалось смертельно ядовитым и взрывоопасным.

Н. Хрущёв попросил С. Королёва сделать ракету на кислоте. Но, тот отказался по причине небезопасности проекта. Тогда все необходимые решения Политбюро КПСС в январе 1959 года передали в ракетное КБ в г. Днепропетровск ОКБ-586 (с 1966 г. переименованное в КБ «Южное»), которым руководил Михаил Кузьмич Янгель. К тому времени здесь уже были разработаны две боевые одноступенчатые баллистические ракеты средней дальности Р-12 и Р-14 на высококипящих компонентах жидкого топлива. Первую межконтинентальную баллистическую ракету Р-16 (в открытой документации ей присвоили индекс 8К-64, а на Западе она известна как СС-7) коллектив ОКБ спроектировал в рекордно сжатые сроки. Уже в ноябре того же года Главный конструктор подписал эскизный проект.

Надо отметить, что М. Янгель в 40-е годы работал у С. Королёва заместителем, а после – стал его руководителем и возглавил НИИ ракетостроения. В начале 50-х годов их взгляды по вопросам ракетного будущего кардинально разошлись не столько в силу теоретического разночтения решения проблемы, сколько по причине завышенной самооценки и амбиций, в большей степени, С. Королёва (в середине 60-х годов аналогичный эпизод произошёл и с разработчиком космических двигателей академиком В. Глушко). Конфликт не мог долго продолжаться так как стране нужен был «ракетный щит». Решением Политбюро в 1954 году М. Янгель возглавил КБ «Южное» и вскоре на вооружение были приняты первые советские тактические и оперативно-тактические ракеты Р-12 с радиусом действия до 2 080 км и забрасываемым весом в 2.3 мегатонны (на японские города Хиросима и Нагасаки в августе 1945 г. американцы сбросили атомные бомбы мощностью в 25 килотонн).

Постановка на боевое дежурство Р-7А в январе, полёт Ю. Гагарина в апреле, проектирование и создание Р-16 с дальностью полёта в 13 000 км. и забрасываемым грузом 5 мегатонн, — все эти успехи вызвали «ракетную эйфорию» у Н. Хрущёва. В унисон ему вторил, назначенный куратором ракетной программы СССР Л. Брежнев (уроженец Екатеринославской губернии (Днепропетровской области)). Здесь необходимо добавить, что с апреля 1947 по июнь 1950 он являлся первым секретарём Днепропетровского областного комитета партии (т.е. по-другому губернатором).

«Ракетный угар» Н. Хрущёва помогал ему компенсировать перед товарищами по партии и народом вину за провалы во всех остальных областях жизни страны. Поэтому он с Л. Брежневым и раскручивал космический психоз с огромными и неоправданными затратами, не считаясь с авариями в то время как многие граждане в городах и сёлах продолжали ходить в кирзовых сапогах и ватниках. В частности, 19 апреля 1960 г. произошла авария ракеты-носителя лунного спутника Е-3, обошлось без человеческих жертв; 10 октября 1960 года при первой попытке запуска ракеты на Марс произошёл отказ двигателя третьей ступени. Вторая попытка, предпринятая 14 октября, также оказалась неудачной: ракеты даже не смогли выйти на околоземную орбиту, хотя предполагалось, что они смогут долететь до Марса.

К октябрю 1960 года работы по строительству стартового комплекса, а также по созданию ракеты и наземного оборудования были завершены. Для проведения испытаний ракеты Р-16 18 марта 1960 года из Приморского края на полигон прибыл инженерный полк резерва Верховного Главнокомандования (с 28 июня 1960 года полк переведён на штат ракетного полка для испытаний ракеты Р-16, командир полка полковник A. Кабанов, заместитель Б. Алексин). Летные испытания Р-16 начались в октябре 1960 года под руководством Государственной комиссии, которую возглавлял Главком ракетных войск стратегического назначения маршал артиллерии М. Неделин и проводились в два этапа: на первом этапе испытывался наземный вариант ракеты, на втором этапе наземно-шахтный вариант с унифицированной ракетой Р-16У. Для летных испытаний было выделено 28 ракет, из них: ракет Р-16 – 18 ракет и Р-16У – 10 ракет.

Заседание Госкомиссии состоялось 31 августа 1960 года на Байконуре. Первая летная ракета Р-16 (№ ЛД1-ЗТ) прибыла на космодром 26 сентября 1960 года. Здесь была проведена её горизонтальная подготовка, в процессе которой были выявлены отдельные недостатки в аппаратуре системы управления. Необходимо отметить, что автономные проверки бортовых систем и механизмов первой ракеты Р-16 на технической позиции шли с большим напряжением. Возникающие неисправности требовали длительных поисков способов их устранения и повторных проверок. В ходе работ на технической позиции недостатки были устранены. В 9:00 21 октября ракета была вывезена на стартовую позицию площадки № 41. Пуск ракеты Р-16 был назначен на вечернее время 23 октября 1960 года.

23 октября завершены предстартовые испытания, которые прошли без замечаний. В этот же день ракета была заправ¬лена компонентами топлива, и началась её подготовка к пуску по утвержденной методике. При этом было обна¬ружено капельное подтекание одного из компонентов. В процессе подготовки при по¬даче команды на подрыв пиротехнических мембран магистралей окисли¬теля 2-ой ступени, из-за конструктивных и производствен¬ных дефектов пульта подрыва, была выдана ложная команда и подорвались пиромембраны магистрали горючего 1-ой ступени. Затем самопроизвольно подорвались пиропатроны отсечных клапанов газогенерато¬ра 1-го блока маршевого двигателя 1-й ступени и вышел из строя главный распределитель. Подго¬товка ракеты к старту была остановлена...

Единственно правильное решение было бы отменить пуск, слить топливо и начать всё с начала. Но многие системы ракеты одноразовые их замена потребует месяц – это значит приказ Правительства не будет выполнен. Вечером 23 октября состоялось совещание госкомиссии. Нет сомнений, что тогда же М. Неделин позвонил в Москву Л. Брежневу, а может и Г. Хрущёву, чтобы получить указания для дальнейших действий. И они были получены… Судя по тому, что общее мнение специалистов склонялось к отмене пуска, по настоянию маршала М. Неделина и М. Янгеля, работы были продолжены. На госкомиссии было предложено устранить неполадки на самой ракете без слива топлива и перенести пуск на одни сутки. Важно отметить, что это был экспериментальный пуск. То есть наши специалисты и рабочие проходили одновременно обучения и практическую эксплуатацию изделия в реальных условиях запуска. Но, в отличие от Р-12, установленная 21 октября 1960 года на Байконуре Р-16 была на несколько порядков технически и технологически сложнее. Всё это и потребовало присутствие стартовом столе нескольких сотен специалистов из конструкторских бюро: Днепропетровска, Киева, Москвы, Харькова, Саратова, можно сказать «цвет» космической отрасли.

Утром 24 октября по решению технического руководства отсечные клапаны газогенератора и распределитель были заменены. Кроме того, было принято решение о подрыве мембран 2-й ступени не с дефектного пульта подрыва, а по автономным цепям от отдельных источников тока. Самой сложной и сравнительно опасной была операция замены сработавших пиропатронов на двигательной установке первой ступени. Её профессионально осуществил молодой слесарь-сборщик с помощью обычного паяльника. После этого обстановка на старте заметно разрядилась. За час до старта были прорваны разделительные пиромембраны топливных баков второй ступени.

И вдруг за 15 минут до старта в 18:45 произошел пожар — самопроизвольно запустился маршевый двигатель 2-й ступени. При этом все предохранители, которые могли бы помешать такому запуску, на тот момент были уже сняты, их сняли, когда искали неисправности ракеты. Огнём от включившегося двигателя прожгло днище бака окислителя, а затем и бака горючего первой ступени. В результате практически мгновенно вспыхнули более 120 тонн компонентов ракетного топлива.

Пожар со взрывами превратил стартовую позицию в огнедышащий ад. От центра старта с огромной скоростью разбегались концентрические волны огненного смерча, уничтожая всё на своем пути. Взрывное возгорание шло лавинообразно, оно продолжалось не больше минуты и успело распространиться на десятки метров. Пожар на стартовом столе продолжался и после выгорания компонентов ракетного топлива. Пламя бушевало на объекте несколько часов. Горело всё, что только могло гореть: оборудование, различные агрегаты и сооружения, проложенные кабельные коммуникации. Расплавились и горели баки ракеты Р-16, в пламени уцелели только рассчитанные на воздействие высоких температур двигатели 1-й и 2-й ступени ракеты, которые были произведены из специальной жаропрочной стали.

При взрыве МБР Р-16 погибли главком РВСН Главный маршал артиллерии М. Неделин, замминистра общего машиностроения СССР Л. Гришин, заместитель М. Янгеля – Лев Берлин. Всего погибли и умерли от ран 92 человека (из них 74 военнослужащих и 18 гражданских лиц).

Разрушенная в результате взрыва и пожара стартовая площадка была восстановлена за 3 месяца. 2 февраля 1961 года здесь состоялся первый после катастрофы пуск МБР Р-16, который в целом был признан удачным. Лётные испытания ракеты Р-16 были официально завершены только в феврале 1962 года, после чего данные ракеты стали основой группировки советских межконтинентальных баллистических ракет.

Но, роковое 24 октября продолжало преследовать покорителей космоса.

23 октября 1963 года при подготовке к пуску учебной ракеты Р-9А из шахты во время заправки по неосторожности был пролит керосин. В результате загазованность шахты кислородом была превышена в 1,5 раза. На следующий день, 24 октября 1963 года, расчёт ракеты обнаружил, что при входе в телеметрическую комнату не горит одна из лампочек. При замене перегоревшей лампочки от случайной искры накопившиеся пары керосина вспыхнули, в шахте начался пожар, который в итоге привёл к гибели 8-ми участников испытаний.

С тех самых пор 24 октября ракеты с космодрома Байконур не запускают — в этот день здесь вспоминают всех тех, кто погиб при исследовании космоса и создании стратегического ракетного щита нашей державы.

АВТОРЫ, ИСТОРИЯ, Олег Ракитянский, ПУБЛИКАЦИИ

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».