ПУБЛИКАЦИИ

11.09.2018

Крестный путь русского Златоуста. К 100-летию гибели протоиерея Иоанна Восторгова

5 сентября россияне будут вспоминать одно из самых страшных и кровавых событий отечественной истории: ровно сто лет назад в этот день большевистским правительством — Совнаркомом — было принято постановление «О красном терроре». К этому времени репрессивная политика уже активно применялась большевиками в отношении как открытых оппонентов, так и всех тех, в чьей политической благонадёжности возникали хотя бы малейшие сомнения. Тем не менее новый документ, официально узаконивший карательные меры, запустил моховик репрессий с удвоенной силой. Одной из первых жертв уже официального декларируемого «красного террора» стал протоиерей Иоанн Восторгов — известный до революции религиозный и общественно-политический деятель, один из лидеров российских монархистов, жизнь которого была неразрывно связана со Ставрополем и Кавказом.

По стезе духовной

Детство Ивана Ивановича Восторгова прошло в казачьих краях. Он родился 30 января 1867 года (иногда можно встретить иную дату — 20 января 1864 г.) в станице Кавказской, располагавшейся на территории Кубанской области, а спустя год его родители переехали в станицу Ново-Александровскую (сегодня — город Новоалександровск).

Род занятий отца — православного священника, а также деда — профессора богословия Александра Восторгова повлияли на выбор жизненного пути юным Иваном. Он поступил в Ставропольскую духовную семинарию, по окончании которой в 1887 году был назначен надзирателем за учащимися ставропольского Духовного училища, где вскоре начинает преподавать русский и церковно-славянский языки.

К этому времени формируется и сфера интересов молодого преподавателя: известно, что одно из его ранних сочинений было посвящено старообрядчеству. В дальнейшем глубокое знание проблем раскольничества, религиозного сектантства, а затем и социалистических доктрин в сочетании с ораторскими способностями и редким даром полемиста сделали о. Иоанна одним из ведущих церковных специалистов в этих вопросах, причём в общероссийском масштабе.

Среди раскольников и сектантов

Ставропольский период жизни И. Восторгова был ненадолго прерван назначением на должность священника в один из посёлков Кубанской области, среди жителей которого значительный процент составляли старообрядцы. Здесь о. Иоанн не только проповедует, но также открывает на собственные средства церковно-приходскую школу и Общество трезвости, сделав, таким образом, первые успешные шаги в просветительской и общественной работе. Биографы священника отмечают, что проповедь среди старообрядцев имела большой успех: за год крещение у него приняли более 100 раскольников.

Осенью 1890 года И. Восторгов вернулся в Ставрополь, где получил должность законоучителя в мужской гимназии. В последующие годы круг возлагаемых на него обязанностей существенно расширился: он назначается настоятелем гимназической церкви, членом совета Епархиального женского училища, входит в правление Ставропольской духовной семинарии.

Своим кропотливым трудом и невероятной энергией молодой священник обратил на себя внимание высокого начальства, и в сентябре 1894 года его направляют в Закавказье. С чувством глубокой грусти покидал о. Иоанн Ставрополь. «Не знаю, как вы — хотя и могу судить по тем слезам, с которыми вы слушали меня, — но я сроднился с вами, милые дети, сроднился с этим храмом и братьями его. Вот почему в настоящие минуты сердце моё полно скорби, слёзы застилают мне очи, вся душа моя трепещет во мне…», — с такими прощальными словами обратился он к провожавшим его гимназистам.

Дальше были годы работы в Елисаветполе (сегодня это азербайджанский город Гянджа) и в Тифлисе, где И. Восторгов не только проповедовал и преподавал, но и вёл серьёзную административную деятельность. Так, только в 1900 году в одном из рабочих районов Тифлиса при его непосредственном участии были открыты три церковно-приходские миссионерские школы, насчитывавшие порядка 300 учащихся (впоследствии открылись ещё пять школ).

Обучение проходили дети железнодорожников, а также членов распространённых в регионе религиозных сект. Отношение к последним вопреки распространённому мифу о царской России как о «тюрьме народов» было здесь подчёркнуто корректным: «Пусть они сближаются с Православной церковью, пусть видят любовь к ним и заботливость о них. Не может быть, чтобы на любовь они не ответили любовью», — писал о сектантах И. Восторгов.

«Он может великую пользу принести России…»

Труды неутомимого проповедника и педагога получили высокую оценку со стороны Училищного совета Грузинской епархии. Отмечалось, что к маю 1903 года число школ здесь выросло со 160 до 300, а объём средств, выделявшихся на их содержание, увеличился более чем втрое. Кроме того, много сил И. Восторгов отдавал общественной работе: он был избран членом Кавказского отдела Императорского общества, утверждён секретарём Тифлисского отдела Православного Императорского Палестинского общества, членом Комитета Кавказского управления Красного креста.

Деятельность о. Иоанна в Закавказье длилась почти 12 лет и закончилась в январе 1906 года, когда он получил назначение в Московскую епархию на должность проповедника-миссионера. Его дальнейшая работа проходила в постоянных поездках по бескрайним просторам Российской империи с целью ознакомления с нуждами духовных учебных заведений, а также крестьян-переселенцев.

Так, ещё до своего назначения в Москву И. Восторгов по распоряжению обер-прокурора Священного Синода объехал Иркутскую, Забайкальскую и Приамурскую епархии. В 1907 г. посетил 24 епархиальных центра в Центральной России и Поволжье, в следующем году — Урал и Сибирь. В 1909 году о. Иоанн изучает миссионерскую работу на Дальнем Востоке, работая над проектами открытия здесь новых приходов и школ, а затем совершает путешествие по Манчжурии, Китаю, Корее и Японии. Каждая поездка сопровождается богослужениями, проповедями, лекциями, публикациями в прессе.

Активная деятельность о. Иоанна на ниве просвещения получила высокую оценку современников. Так, будущий святой праведный Иоанн Кронштадтский отзывался о нём как о «дивном человеке, обладающем необыкновенным красноречием», называл «Златоустом», способным «великую пользу принести России». Обратил внимание на усердного священника и император Николай II, по личному распоряжению которого состоялась одна из дальневосточных поездок православного миссионера.

«Мужицкая демократия»

Благодаря своим длительным путешествиям И. Восторгов получил прекрасную возможность наблюдать за развитием политических событий, происходящих в России, анализировать их, делать прогнозы на будущее. Естественно, что события первой российской революции были восприняты им с чувством глубокой боли и опасениями за целостность страны, судьбу царствующей династии и Церкви.

Понимая, какую страшную разрушительную силу представляют собой «буревестники революции», о. Иоанн включается в политическую работу. С 1905 года он становится членом ряда правых национально-консервативных организаций, входит в руководство «Русской монархической партии», «Союза Русского Народа», а после его раскола — «Русского народного союза имени Михаила Архангела». Острый ум, непревзойдённые ораторские способности, уникальная работоспособность скоро сделали И. Восторгова одним из идеологов и политических лидеров патриотического движения.

«Недобро, неполезно и невозможно русским переделываться в чужеземцев, да и нет к тому оснований и побуждений, ибо быть русским — почётно, быть русским — славно, быть русским — значит приобщиться к жизни истинно человеческой и достойной», — говорит о. Иоанн на собрании членов патриотических союзов Москвы в июне 1908 года.

Политические оппоненты из левого лагеря, окрестившие патриотов «черносотенцами», делали всё возможное для демонизации как лидеров, так и рядовых членов правых объединений. С одной стороны, «чёрную сотню», пытались представить движением реакционным, буржуазно-помещичьим, с другой — маргинальным, состоящим из представителей городских низов и деклассированных элементов. Сам В.И. Ленин, однако, признавал, что монархистам присущ «тёмный мужицкий демократизм, самый грубый, но и самый глубокий». От себя добавим, что именно этот «мужицкий демократизм» стал тем щитом, о который разбилась волна революционного хаоса 1905—1907 гг.

Среди рядовых участников патриотических союзов действительно были представители всех без исключения слоёв населения. Но кто же входил в руководящий состав этих организаций? Не в последнюю очередь они возникали благодаря лучшим представителям отечественной интеллектуальной элиты. В них состояли, в частности, такие величины, как историки Дмитрий Иловайский и Андрей Вязигин, член Императорской академии наук лингвист Алексей Соболевский, профессор-дерматолог Пётр Никольский, учёный ботаник и зоолог Константин Мережковский, профессор Сергей Левашов, писатель Михаил Волконский и др. В ряды «Союза русского народа» вступил сам Иоанн Кронштадтский. И на одном из первых мест в ряду этих достойных людей по праву стоит наш выдающийся земляк — Иоанн Восторгов.

Против «христианского социализма»

Заметное место в наследии о. Иоанна занимает его критика социалистических концепций, убеждённость в их полной несовместимости с православным христианским вероучением. Сегодня эта аргументация вновь становится актуальной в свете набирающих популярность в российском обществе идей «христианского социализма» и «православного сталинизма». Так, во время проходившего в июле 1908 года в Киеве четвёртого Миссионерского съезда он прочитал два доклада: один — посвящённый угрозе, исходящей из тёмной среды религиозного сектантства, второй — об успехах социалистической пропаганды, имеющей место среди рабочих и учащейся молодёжи.

В то же время в своих проповедях и статьях И. Восторгов подчёркивал явную неспособность идеологов социализма вытравить в душах русских людей веру в бога и церковь, лежащие в основе российской государственности. А значит, единственным путём для разрушителей империи остаётся путь революционного террора.

«Раз социализм отрицает Бога, душу, бессмертие, свободу духовную в человеке, постоянные правила нравственности, то он должен обратиться к единственному средству воздействия на человека — к насилию», — скажет он в 1906 году в разгар первого (и, к счастью, неудачного) революционного эксперимента. Пройдёт совсем немного времени, и сама история подтвердит зловещую правоту этих слов.

«Многим из нас грозит смерть…»

В 1913 году протоиерей И. Восторгов стал настоятелем Покровского собора на рву (знаменитого собора Василия Блаженного) в Москве. Здесь он получает известия о событиях, произошедших в Петрограде в феврале 1917 года. Как и большинство его единомышленников, о. Иоанн тяжело переживает крушение монархии. С этого момента деятельность патриотических организаций сходит на нет, а сам И. Восторгов скрепя сердце признаёт Временное правительство. Он продолжает вести службы в Соборе, а кроме того, издаёт журнал «Церковность», в одном из номеров которого призвал верующих сохранять верность «помазаннику Божию», т.е. бывшему императору.

Тем не менее революционные преобразования февраля не сыграли роковой роли в судьбе священника. Тучи вокруг него стали сгущаться после октябрьского большевистского переворота. Это объяснимо, ведь всё большее внимание новой власти привлекали деятели «старого режима», отошедшие от активной политической работы. Тем не менее о. Иоанн продолжал пользоваться непререкаемым авторитетом среди прихожан, а значит, представлял опасность.

«Знаем, что многим из нас грозит смерть, знаем, что многие из нас обречены на кровавую расправу за смелость борьбы с революцией даже словом. Но пока ещё свет очей с нами, и жизнь не отнята — над нами родное небо, ласкающее солнце, кругом родная природа, расцветающая теперь весеннею красой, с нами родные люди, родные храмы». Произнося в 1907 году эти слова, И. Восторгов словно предчувствовал участь, которая ожидает многих искренних патриотов в годы новой русской смуты.

Ходынская голгофа

Аресту о. Иоанна предшествовала провокация, организаторами которой вполне могли быть как личные недоброжелатели, так и сотрудники ЧК. Некий гражданин, представившийся «купцом 1-й гильдии Погаревым», предложил священнику выкупить здание московского Православного миссионерского общества. За посредничество в сделке он посулил солидный денежный куш. От предложения И. Восторгов отказался, приняв, как положено, заявление о намерении совершения сделки, которое передал на рассмотрение Священного Синода.

В продаже здания было отказано, но сам священник был арестован 31 мая 1918 года по абсурдному обвинению в спекуляции. Революционной власти нужен был любой подходящий повод для расправы с человеком, не разделявшим узкопартийных интересов большевиков. Правдивость показаний о. Иоанна получила документальное подтверждение со стороны Святейшего Патриарха Тихона, но все оправдательные аргументы были оставлены без внимания. 4 сентября 1918 года члены следственной комиссии Революционного трибунала при ВЦИК приговорили И. Восторгова к расстрелу.

Принятое на следующий день постановление «О красном терроре» развязало руки создателям карательной системы, создав юридическую базу для ликвидации всех не согласных с политикой Совнаркома. В Москве официально санкционированные расстрелы начались в тот же день — 5 сентября — на Ходынском поле. Здесь нашли свою смерть о. Иоанн, а также ряд видных государственных деятелей, в числе которых — бывший председатель Государственного совета Иван Щегловитов, экс-министры внутренних дел Николай Маклаков и Алексей Хвостов, сенатор Степан Белецкий, а также епископ Селенгинский Ефрем (Кузнецов).

Позже один из очевидцев казни вспоминал о том, как достойно вели себя эти мужественные люди, не уронившие перед палачами своего человеческого достоинства: «Первым подошёл к могиле протоиерей Восторгов, сказавший перед тем несколько слов остальным, приглашая всех с верою в милосердие Божие и скорое возрождение Родины принести искупительную жертву. «Я готов»— заключил он, обращаясь к конвою».

Расправа состоялась. Но история сохранила для нас подлинный образ протоиерея Иоанна Восторгова — православного человека, духовного пастыря, искреннего патриота. В октябре 1992 года он был посмертно реабилитирован, а в августе 2000 г. Архиерейским собором Русской православной церкви причислен к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских. И только в Ставрополе — городе, где учился и начинал свой крестный путь во имя России — о. Иоанн до сих пор остаётся незаслуженно забытым.

Источник

ДАТА В ИСТОРИИ РОССИИ, ИСТОРИЯ

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».