мигранты, ФМС

Миграционная волна накрывает Россию

Отцы и деды большинства тех, кто сегодня в поисках работы и лучшей доли приезжает в Россию из Центральной Азии, ещё тридцать лет назад были гражданами одной с нами страны — Советского Союза. Весьма болезненную разделительную линию прочерчивают быстрые перемены в общественном и политическом климате самих среднеазиатских стран. Здесь и отказ от кириллицы, и стремление как можно сильнее ужать область применения русского языка, и общее сползание вглубь провинциальной Азии.

Сегодня нет ни русского Ташкента, ни русской Ферганы, ни тем более русского Ашхабада. Люди, которые к нам едут, — они совершенно из других пространств: и ментальных, и социальных, и исторических. Часто они не могут связать двух слов по-русски и не имеют никаких реальных представлений о России, кроме того, что это большая северная страна, где можно неплохо заработать.

Миграция. Трудовая?

С миграцией традиционно увязывается комплекс проблем. Но корни почти всех лежат в особом религиозном, социокультурном и бытовом укладе пришлецов, который они не только не оставляют, но и закрепляют, попав в чуждую для себя среду.

В основании подобного уклада, разумеется, лежит религия. Следует сразу сказать, что центральноазиатский ислам, особенно после гражданской войны в Таджикистане и фундаменталистских выступлений в Узбекистане, — это совсем не тот ислам башкир и татар, к которому мы давно привыкли в России и который стал частью нашей собственной культуры и истории. И дело даже не в куда большем уклоне в экстремизм и т. п. Дело в совершенно иной его организации.

Люди в среднеазиатских городах живут отдельными кварталами — махалля. В каждом таком квартале свой мулла, свои старейшины и пр. и, соответственно, готовая система со своей внутренней дисциплиной, связями и солидарностью. Приезжая в Россию, человек из такого квартала тянет за собой земляков, и они образуют здесь готовые группы, которые можно использовать в любых целях — и для законопослушного труда, и для создания банд, и для мобилизации в террористические ячейки.

Преступность, связанная с мигрантами, давно уже стала притчей во языцех. Здесь и мафиозные этнические кланы, и организованные преступные группы (у многих на памяти, к примеру, знаменитое дело банды ГТА с серией варварских убийств на дорогах Центральной России), и просто вал обыденных преступлений — от изнасилований до мелкого воровства.

Дешёвый сыр бывает только в мышеловке 

Преимущество найма мигрантов очевидно. Их труд стоит значительно дешевле, чем труд русских рабочих. Последствия такого демпинга ужасающи. Это и развращение предпринимателей, которые могут создавать самые невыносимые условия труда и быта для своих рабочих, и невозможность для русского рабочего человека рассчитывать на достойную оплату и защиту своих трудовых прав (возникаешь? на твоё место есть сотни голодных таджиков и узбеков), и широкое поле для налоговых махинаций.

Но, пожалуй, самое серьёзное — это вымывание русских из множества специальностей и даже целых отраслей экономики, которые априори считаются «мигрантскими». В итоге мы теряем профессионалов даже в тех областях, которые традиционно считаются нашим национальным достоянием. К примеру, в деревянном строительстве.

Не знаю, как вам, а мне просто больно смотреть, как в русском селе бригада азиатских рабочих споро возводит деревянный терем, вяло переругиваясь на тюркском наречии.

Два примера из личного опыта

В историческом центре Санкт-Петербурга, в трёх минутах ходьбы от Летнего сада, этим летом и осенью проводится долгожданный ремонт фасадов нескольких домов, расположенных во дворе Малого Мраморного дворца, где неоднократно бывал император Александр Второй.

Все эти дома — памятники архитектуры. Кровельные и фасадные работы почти закончены, подрядчики менялись несколько раз, но помимо бригадиров и начальников — ни одного русского лица. В принципе, азиатские рабочие сделали своё дело неплохо. Если бы не несколько «но».

В начале работ, снимая кровлю, азиаты залили пару-тройку квартир, а на днях, сбрасывая на свой страх и риск с крыши шестиэтажного дома обрезки кровельного железа, разбили два-три стеклопакета. Хочется верить, что ущерб будет возмещён в срок. Но возникает подозрение, что, если бы на требующих достаточно высокой квалификации работах были заняты русские люди, подобных досадных казусов не было — всё ж несколько другая у наших соотечественников культура труда.

С другой стороны, в карельском Приладожье, в Лахденпохском и Сортавальском районах — пограничная зона. И въезд рабочим из Средней Азии сюда негласно запрещён.

За соблюдением правил тщательно следит пограничный пост на единственной ведущей в регион трассе «Сортавала». Пост стоит на границе Карелии и Ленинградской области.

И что удивительно — на строительстве в стремительно развивающейся туристической зоне карельского Приладожья работают почти исключительно русские бригады.

Нельзя сказать, чтоб парни заламывали цены, но строят они совсем по-другому. Любо-дорого посмотреть.

Автор: Андрей Полонский
Фото: ФМС России

Поделиться ссылкой: