ПУБЛИКАЦИИ

12.06.2018

О НАШЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕЕ

Специально для читателей нашего сайта представляем доклад члена Совета Самарского отделения Общества «Двуглавый орёл» архимандрита Георгия (Шестуна) на прошедших недавно в Самаре Всероссийских Панаринских чтениях. Публикуется впервые.

Мы уже несколько десятилетий спрашиваем себя: «Какова же национальная идея России?»

Удивительно, у нас столько замечательных мыслителей, духовных авторитетов, но никто в последнее время не сформулировал национальную идею России так, чтобы выразить в ней всю жажду нашего будущего: какой станет Россия, куда мы идем?

Почему же мы не обретаем национальную идею? Опираясь на труды Александра Сергеевича Панарина, попытаюсь сформулировать ответ на этот вопрос.

Когда народ несколько столетий жил со Христом и во Христе, его жизнь зависела от того, как он предстоял перед очами Божиими. То есть русская история всегда зависела от Бога, от наших с Ним отношений. И в результате этих взаимоотношений складывался характер народной жизни.

Бытие русского общества всегда зависит от того, каково состояние самого народа, и каково влияние Божией воли на его жизнь. Каков этот исторический процесс и чем он закончится, однозначно сказать никогда было нельзя.

Александр Сергеевич Панарин говорит нам о том, что оставалось неизменным: идеалом русской истории всегда была Святая Русь.

С петровских времён идеал Отечества начал меняться: это уже была Великая Россия. С утверждением нового идеала, к началу XIX века, начинаются поиски национальной идеи. До этого вообще разговор о национальной идее в России не шёл. А к началу XIX века завершился процесс, который Александр Сергеевич назвал «навязанной извне историей». То есть была родная, самобытная история. Мы жили со Христом, и в зависимости от того, что мы представляли собой в очах Божиих, и складывалась наша судьба. Цель была одна: жить со Христом, быть с Богом. По сути это был процесс, и наша история никогда не ориентировалась с точки зрения религиозного сознания на второстепенные, прикладные цели. Мы жили в рамках нашего собственного, исторического процесса и даже не имели описания как такового, государственного устройства. Единственное, что мы точно знали: «Наш идеал — Святая Русь».

И вот к началу XIX века эта «навязываемая извне история» обрела свои контуры. Как мы знаем, появились декабристы. Нам стали навязывать другой исторический подход. Можно сказать, стали сбивать исторический процесс с нашего традиционного жизненного уклада и в конечном итоге этот процесс секуляризации, попытки навязать нам чужую историю снёс, как ураган, почти всё в России. Снёс государственное устройство Родины и вообще изменил весь уклад нашей жизни.

Но самое главное (к сожалению, мы редко про это говорим), секуляризация закрыла для нашего народа врата Вечной жизни. Вот в каком случае все идеи Панарина становятся нам понятными? Если мы считаем, что живем со Христом, что нас ожидает жизнь Вечная. Если же мы живём только земными категориями, тогда начинаются совсем другие процессы. И какие бы цели, идеи мы не формулировали, что бы мы ни строили, — капитализм, социализм, коммунизм — мы всегда будем оказываться в обществе потребления. В рамках обычной земной жизни это всегда будет общество потребления. И в наше время, как говорил Александр Сергеевич Панарин, продолжается борьба за историю: в какой истории мы должны жить? Какой приоритет главный?

По словам Александра Сергеевича, ответной реакцией на чужеродные представления об историческом пути нации является борьба за самоопределение, за суверенитет. И главное здесь — возвращение в нашу историю духовного измерения. Того, что было вычеркнуто из нашего исторического процесса.

Мы привыкли делить власть, опять же по западному образцу, на законодательную, исполнительную и судебную. Александр Сергеевич предлагает свой оригинальный взгляд и в этом вопросе. По его мнению, существуют три ветви власти: духовная, экономическая и политическая. Обычно они рассогласованы (?) в своем движении. В современной истории существует возможность всем властям быть очень эффективными, если они действуют в цивилизационном пространстве совместно, согласованно. Тогда, по словам Панарина, исторический процесс совпадает с космическим. Будучи философом, он говорил учёным языком. Мы же можем сказать по-своему: если действия этих властей согласованы, то исторический процесс совпадает с Божией волей и идёт по Божией воле, согласованной с человеческой волей.

Русской цивилизации философ также дает свое определение: «духовное пространство с едиными морально-религиозными нормами, ценностями».

Вот Президент России признал, что Россия есть государство-цивилизация. И в самом деле, Православная цивилизация сейчас существует пока в рамках нашего государства. Такое сочетание бывает весьма редко. Именно это и упрощает синэргию всех властей в рамках одного государства.

Возможно, это один из уникальных моментов истории — совпадение цивилизационной и государственной границы. Как и свобода Церкви от власти государства, тоже уникальный момент в истории России, что позволяет нашему государству, по словам Панарина, придать «импульс высшей цели, высшего долга, высшей справедливости».

Как известно, цивилизации порождены различными мировыми религиями. И в этом конфессиональном многообразии цивилизаций нет особой опасности непонимания, конфликта, потому что мы все — верующие люди. Если в основании цивилизации заложена настоящая мировая религия, то у её носителей тем или иным образом есть представление о загробной жизни. Они всё равно имеют стремление жить по воле Божией, и практически имеют единые нормы и ценности в социуме. Мы это видим. И у мусульман есть ценности, многие из которые совпадают с нашими: семейные, государственные, отчасти и предстояние перед Богом.

Для нашего Отечества крайне важно, чтобы цивилизационное и государственное строительство крестной ношей лежало на плечах верующих людей. Если верующие люди вместе строят цивилизацию, вместе участвуют в историческом процессе, это одна история. Но когда в него включаются различные, скажем, помехи, которые пытаются сбить с этого родного исторического пути движение народа, то здесь наибольшую опасность представляют собой этнические различия, но не конфессиональные.

Поэтому вплоть до середины XIX века в России главную роль играло вероисповедание человека, а не его национальность. Всегда выясняли, какой ты веры. В паспорте Российской Империи не было графы «национальность», а только вероисповедание, кто ты: католик, православный или магометанин. Самым важным для человека была его вера, а не этнические различия.

Но по мере секуляризации безрелигиозные, атеистические, либеральные взгляды меньшинства, которые и ныне составляют меньшинство, навязываются большинству. Нас возвращают из памятования о Царствии Небесном в земную жизнь как самодостаточную. И ставят очень конкретные цели. Сначала мы строили коммунизм, сейчас начинают бороться с коррупцией и чтобы все жили хорошо, богато.

Но ничто не делает Россию по форме политического устройства единой. Только идеалы, а не сама форма.

Сейчас у нас существует два идеала. Один — это Великая Россия, идеал земной жизни. Хороший идеал. Почему не быть великой России в наше время?

И другой — это идеал Святой Руси как идеал уже не земной, а вечной жизни.

Мы должны понимать, что эти два идеала могут совпадать, если мы будем мыслить, как Александр Сергеевич Панарин. Ничто не делает Россию великой настолько, как её святость. И Великая Россия по Панарину — это есть духовное измерение.

Политическое устройство государства за время его существования менялось. У нас не было единого политического устройства, то это было княжество, то царство, то империя, то Советский Союз. То есть это переменная форма.

А вот что было постоянными величинами в Русском государстве, так это вера, народ и земля. Это всегда было. На сохранение этих величин может быть направлена политическая воля властей предержащих. То, что нужно сейчас сберечь. От того, как это будет происходить, зависит форма самой власти и государственного устройства. Очевидно, что за всю историю существования нашего государства предпочтение отдавалось единоличному правлению. Единоличное правление было всегда, хотя формы политического устройства отличались.

Во времена, когда духовное измерение исторического процесса исчезало, появлялись тирания, диктатура. Когда духовное измерение возвращалась, была власть духовная, Помазанника Божия, возникала самодержавная, наиболее желательная для России форма власти.

Так вот, когда жизнь всего народа обретёт духовное измерение, то возвратится и традиционная форма власти.

Меня удивляет, когда говорят, что сегодня монархия у нас невозможна. Спрашивается, почему? Кто сказал, что невозможна? Конечно, она невозможна как конституционная монархия. Этого Россия никогда не примет. Монархия, построенная на аристократической царской крови тоже теперь невозможна. Но сама монархия возможна. Ведь есть ещё такие мыслители, например, как Иван Солоневич. Он предлагал народную безсословную монархию. Меняется история, меняется время, возвращаются принципы нашего правления. И когда народ становится православным, будет и монархия. Но уже другая, не романовского типа. Потому что меньшинство нам может и другого царя предложить, а народная монархия — не ошибётся.

Другой известный философ Иван Александрович Ильин говорил, что народной монархии должна предшествовать национальная диктатура. Я думаю, что сейчас она уже существует, идёт, несмотря на якобы демократическое устройство нашего государства.

По Солоневичу, следующим шагом может стать народная монархия. Но это, повторю,  зависит от нашего понимания духовного смысла бытия.

Конечно, всё зависит от человека. Необходимо вернуть Божественное измерение в жизнь России, как это было почти всегда. Святой праведный Иоанн Кронштадтский говорил, что Россия воспрянет тогда, когда начнёт молиться.

Трудно себе представить, чтобы весь народ сразу стал православным. Тем не мене, в Евангелии мы находим практические советы, как сохранять нашу православную веру. Вспомним некоторые заповеди блаженства.

Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят.

Вера рождается в чистом сердце. То есть сейчас задача нашего народа, нашей власти сделать так, чтобы и семья, и образование, и государство обязаны заботиться  о сохранении чистоты сердца своих соотечественников. Вот за что мы должны бороться. Чтобы не растлевали сердца наших людей. Тогда обязательно появится Христос, обязательно загорится огонь веры. Для этого необходимо инструменты для достижения этих целей вырвать из рук либералов и атеистов, которые живут только земной жизнью. У них никогда не будет Божественного измерения.

Также необходимо их отучить от этого страшного передёргивания, навязывания нам понятия светского государства как богоборческого, которое мешает нам жить своим традиционным способом, традиционной историей. Они всё время говорят, имя Христа в России произносить нельзя, потому что у нас светское государство. Но у нас же не атеистическое государство, а светское — от слова «свет».

Еще нужно вернуть свободу Слова, где Слово пишется с большой буквы. А не свободу хулы нашей истории, наших святынь. Они свободу слова употребляют как свободу хулы: разрешается клеветать на нашу историю, веру, кощунствовать. А нужно дать свободу Божественного Слова.

Что касается народа. Главное деяние власти должно быть направлено на сбережение народа. Как бы ни ругали Царя Николая II, многие даже ненавидят святого Царя, но при нём население нашего Отечества увеличилось на 50 миллионов человек. А за последние 30 лет нас убавилось на миллионы. Поэтому нужно вернуть понятие сбережение народа. Эффективность власти должна подтверждаться приростом населения. Когда люди живут хорошо, спокойно, они начинают создавать семьи, рожать детей. Это очень важно. Вот сейчас придумали новую уловку: продолжительность жизни. Нашей медицине важна не рождаемость, а продолжительность жизни, сколько стариков у нас будет.

Рождаемость играет огромную роль и надо в первую очередь бороться с абортами. К этому призывает и наш Святейший Патриарх, и владыка Сергий здесь в Самаре бороться с абортами. Ведь миллионы жизней, которые благословил Господь, не приходят в этот мир.

Почему нам так трудно сейчас бороться с абортами? Потому что опять в противоречие вступают секулярный и традиционный, религиозный подходы по этому вопросу.

Прежде всего нужно признать началом жизни зачатие. Тогда аборт — это убийство собственного ребенка.

У нас уже есть прецеденты в гражданском праве, когда наследство признается для ещё нерожденных детей — ожидающихся наследников. Вот наследство нерожденный ребенок получить может, а родиться — очень часто не может. Поэтому с абортами надо кардинально бороться через эту юридическую константу.

Другая заповедь блаженства гласит: блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Господь дал одну шестую часть мира самому смиренному, скромному, кроткому народу. И наша задача — беречь, защищать эту землю. Потому что она и наша кормилица, и источник богатства. Её надо хранить больше всего в мире.

Таким образом, очень конкретную национальную идею для России сформулировать невозможно, потому что это жизненный путь, исторический процесс. Это и есть основная идея: сопрягать исторический процесс с духовным измерением.

В завершение хочу процитировать Александра Сергеевича Панарина: «В каждый исторический момент в зависимости от вызовов национальная идея обретает свои плоть и выражение. Следует с самого начала развеять одно недоразумение, связанное с привычкой власти «заказывать идеологию». Идеологии не рождаются в кабинетах,

они – продукт «плазменных» энергий человеческого духа, пробуждающегося в ответ на грозные вызовы истории. «Большая идея» – это всегда ответ осажденного роковыми силами, но не сломленного субъекта, сохранившего ориентацию на идеал. Она появляется тогда, когда наличные материальные ресурсы иссякли и люди ищут опору в ресурсах духовных, там, где действительно заключен источник всех чудес и парадоксов человеческой истории. «Большая идея» – это ответ человеческого духа на условия и обстоятельства, оскорбляющие наши чувства высшей правды и высшей справедливости» (Панарин А.С. Стратегическая нестабильность в XXI веке. — М., 2003. С.352).

Вот так рождается национальная идея. Сейчас она потихонечку начинает рождаться и для нашего времени.

Меня удивило, когда Президент сказал: «Национальная идея — это конкурентноспособность». Ничего себе, для великого народа и такая идея. А ведь он оказался прав. Потому что благодаря конкурентноспособности у нас появилась армия, появилось импортозамещение. Он уже знал, к чему движется процесс.

Сейчас национальная идея — патриотизм. Накануне боевых действий, когда мы практически находимся в осаде, действительно необходим патриотизм. Родина в опасности. То есть национальная идея формируется в ответ на вызовы наших, как говорит Президент, «партнёров». И я думаю, что национальной идеей в конечном итоге может стать идеал Святой Руси. Это может быть послушание Богу. Главное — вернуть Божественное измерение в нашу жизнь. Для каждого исторического периода характерны свои вызовы. И как мы будем на них отвечать — это свет этой идеи в каждом конкретном времени.

АНАЛИТИКА, ПЕРЕДОВИЦА, ПОЛИТИНФОРМАЦИЯ

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».