работа, станок, ЧПУ

Русская экономика: как нам на самом деле обустроить Россию

Современный мир движется в интересную сторону: баланс производства и услуг в экономике всех стран неуклонно смещается в сторону услуг. Выражение «в экономике» означает в данном случае долю в валовом внутреннем продукте. Считают это очень разными способами, поэтому точные цифры привести невозможно. Так, World Development Indicators от Всемирного банка говорит про 54% услуг в нашем ВВП, тогда как родной Росстат называет цифру в 63% (на 2019 год). Это ещё относительно небольшой показатель, в США уже 77-78%. Для сравнения: Китай только что перевалил за 50%, но тоже идёт по пути роста именно доли услуг.

Как это получается и к чему ведёт

Основа нашей жизни — отнюдь не услуги, а производство. Базовые потребности человека — питание, одежда, жильё, и для создания всего этого нужна производственная индустрия. Но в этой сфере научно-технический прогресс особенно очевиден: то, чем раньше занимались сотни человек сотни дней, сегодня промышленный 3D-принтер может сотворить за пару суток. Соответственно, рабочая сила высвобождается с высокой скоростью. И идёт заниматься услугами.

По международной классификации существует девять основных групп услуг. Сортировка там довольно странная, но какая есть. Давайте посмотрим, куда же отправляются люди, более не нужные на производстве:

  • оптовая и розничная торговля, ремонт;
  • гостиницы и рестораны;
  • транспорт и связь;
  • финансовая деятельность;
  • операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг;
  • государственное управление и обеспечение военной безопасности, обязательное социальное обеспечение;
  • образование;
  • здравоохранение и предоставление социальных услуг;
  • предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг.

В этот последний пункт включается самая сумасшедшая разносортица: бизнес-тренеры и игропсихотерапевты, адвокаты и семейные консультанты, тамады и прочие переворачиватели пингвинов. И именно доля «прочих услуг» постоянно растёт во всём мире. Искусственная занятость предпочтительнее сытой безработицы.

Русская реальность

Можно долго рассуждать о том, куда податься человечеству, когда оно станет практически ненужным на производстве из-за полной автоматизации. Но важно понимать, что не зря первичным и вторичным секторами экономики считают добычу и производство, а услуги — только третичным. Мы можем задуматься о приоритете услуг, когда полностью обеспечиваем себя всем необходимым в производственной сфере.

То есть проблемы такого рода могут волновать китайцев, могут японцев, могут отчасти американцев (хотя они выбрали себе Байдена, то есть не слишком хотят заниматься трудом). Но никак не Россию. Давайте смотреть правде в глаза.

  • Мы не обеспечиваем себя питанием. С зерном всё хорошо, но по мясу и молоку всё хуже, ведь эти отрасли требуют долгого планирования, а рвачам нужна прибыль здесь и сейчас.
  • Мы уже не строим себе жильё — этим занимаются мигранты и турки.
  • Наша одежда произведена в Китае и Бангладеш, в крайнем случае узбечками в России.
  • Мы импортируем лекарства из Индии, а сырьё для «отечественных» лекарств — из Китая.
  • Отечественные гражданские самолёты и автомобили состоят из импортных узлов.
  • Наша наноэлектроника существует в единичных экземплярах и хранится в сейфе у Чубайса.
  • Мы импортируем даже установки и технологии для добычи нефти.
  • Наша космонавтика всё больше отстаёт от зарубежной.
  • Единственные технологии, где мы по-настоящему сильны, — это оружие.

И на фоне всего этого в секторе услуг заняты 67% трудоспособного населения России! А если мы вычтем из производства добычу и переработку нефти и газа, доля услуг у нас составит, вероятно, уже больше 90% экономики.

Причём качество этих услуг оставляет желать много лучшего. А значит, российская экономика очень тяжело больна. Потеряв не то чтобы блестящие советские достижения, она не достигла никаких собственных. Это, кстати, касается всех постсоветских территорий, но с чужими горестями будем разбираться, когда избавимся от своих.

Но даже если бы мы сейчас решительно переориентировали наше образование на подготовку рабочих и инженеров, им было бы негде и не на чем работать.

Маятник ВБ

Есть такое понятие — «эффект маятника». Видя, что какая-то модель не работает, общество решительно от неё отрекается и бросается в противоположную крайность. Одним из слабых мест экономики Советского Союза был дисбаланс различных сфер производства. Предприятия группы А, производившие средства производства, находились в безусловном приоритете (выше только «оборонка»). В результате средств производства, сиречь станков, накапливалось больше, чем могло потребоваться, к тому же беспримерная бюрократия мешала их своевременно совершенствовать. Группа Б, производство товаров народного потребления, всё больше отставала от иностранных аналогов. Как результат — колоссальный контраст между магазинами не только Саранска и Нью-Йорка, но даже Горького и Будапешта, даже внутри вроде бы единой страны — Смоленска и Риги.

Что ж, попробовали иначе, качнули маятник в другую сторону. По рекомендациям Всемирного банка производство средств производства остановили полностью — всё равно импортные станки куда эффективнее. Производить товары народного потребления очень скоро стало не на чем. Обрушили даже сельское хозяйство, докатившись до программ «нефть в обмен на продовольствие». Этот последний перекос, правда, уже в 2000-х годах начали исправлять, но в остальном наш маятник всё ещё висит в точке фактического отказа от собственного производства и распределения нефтяных доходов через надуманные некачественные услуги (ибо вещи, которые у нас называют образованием и медициной, таковыми по большому счёту уже не являются).

Встать и идти

Что надлежит сделать?

В первую очередь, составить список того, что из промышленных товаров и в каких объёмах Россия должна производить сама, сопоставить всё это с наличием сырья и производственной базы. Более-менее предсказуемо, что сырьё везде найдётся, а база — наоборот.

Осознав свои цели, мы должны подтянуться к мировым стандартам по технологиям. Бессмысленно доставать передовые советские чертежи 1970-х годов и организовывать по ним производство «станков с ЧПУ» — их давно сменили промышленные роботы. Технологии необходимо создавать, копировать, покупать, заимствовать — именно так работали в царской России, в СССР, именно так поднялся Китай. Разумеется, производство средств производства должно быть обложено нулевыми налогами на прибыль, добавленную стоимость и фонд оплаты труда.

Одновременно проводим переориентацию образования. Увеличиваем долю уроков труда («технологий») в школах, сокращаем число мест будущих дизайнеров и увеличиваем для будущих инженеров.

С первыми выпусками специалистов нового поколения начинаем отправлять на родину неквалифицированных мигрантов. Не будет ничего страшного, если сверхприбыли строителей и предприятий ЖКХ несколько уменьшатся за счёт роста зарплат персонала.

Организуем реальную государственную поддержку сельского хозяйства — без неё оно нигде и не существует. Больше не должно быть ситуаций, когда директора ферм убегают с кредитом, банк накладывает арест на имущество и оставшиеся счета, после чего племенные стада умирают с голоду (это происходит в России каждой зимой). Сначала накормить скот, пусть и за бюджетный счёт, потом уже разбираться, кто виноват. В итоге страна будет в плюсе.

Меняем пропагандистскую и информационную политику: нам нужна романтизация производства. СССР это делал очень неуклюже, зачастую смешно, но мы же за 30 лет наплодили столько «криэйторов», неужто они не справятся? Полностью меняем информационную политику, ликвидируем пропаганду сытой жизни людей, ничем толковым не занимающихся (сейчас это четыре пятых всего ТВ-контента).

С началом массового производства каждого продукта из указанных в нашем базовом списке устанавливаем на него протекционистские ввозные пошлины: ВТО перетопчется. Если бы эта организация была полезна для России, нас бы никогда в неё не пустили.

Через 20 лет обнаруживаем, что страна достигла самодостаточности по всем ключевым параметрам, а уровень жизни населения существенно вырос. Мы всё ещё импортируем фрукты и орехи, которые не растут у нас по климатическим причинам, наши люди всё ещё ездят загорать в Турцию, Египет и Испанию по тем же самым причинам, но в остальном Россия приобретает государственную независимость, которую она потеряла в 1970-х годах, вкусив сладость безделья, оплачиваемого поставками за рубеж сырой нефти.

И вот после этого у нас начнёт естественным путём расти доля услуг. Потому что производственные мощности будут загружены, а прогресс никто не отменял — люди продолжат высвобождаться из этих процессов.

* * *

Надо понимать, что этот путь не будет лёгким и сытым. Осознав, в какую сторону движется Россия, нас окружат такой блокадой, после которой нынешние «санкции» покажутся детским лепетом.

Но суверенитет вообще очень дорогой продукт и легко не достаётся никому.

Автор: Михаил Мельников
Фото: globallookpress.com

Поделиться ссылкой: