• 0
    Корзина

ПУБЛИКАЦИИ

13.01.2020

Служитель закона

Автор:

Александр Музафаров.

12 января 1772 года в селе Черкутино Владимирской губернии у церковнослужителя Михаила Васильева и Жены его Прасковьи родился сын, нареченный в честь отца Михаилом. Стояли святки, и кто же тогда знал, что звезда сельского вертепа осветила восхождение новой звезды Российского Государства.

Через 27 лет в декабре 1799 года Государь Император Павел Петрович присвоит сыну сельского причетчика генеральский чин Статского советника.  А ведь это было только началом государственного служения Михаила Михайловича. Как такое возможно? Да, мальчик с детства отличался усердием и волей, которую в наши дни назвали бы самоорганизацией. Помогал матери по дому, нянчил младших детей, работал в поле – сельское духовенство не сильно отличалось в быту и трудах от крестьянства. Образование? Владимирская духовная семинария. Обычай давать будущим священникам новые фамилии был распространен в духовных учебных заведениях, детьми Бог священников не обижал, и когда в классе оказывалось с десяток Васильевых да Ивановых как не запутаться? Фамилии давали со смыслом – Гумилев (он латинского humulis – смиренный) или Сперанский (От латинского sperant – подающий надежду). Подавать надежду было не сложно – семинаристы не отличались ни примерным поведением, ни прилежанием, тут любой спокойный юноша был отрадой для ректора и преподавателей. Впрочем, надежду предстояло оправдать.

В числе таких же подающих надежды юношей Михаил Сперанский переводится в Санкт-Петербург. Становится лучшим учеником Славяно-греко-латинской семинарии, а потом и Духовной академии. Еще не кончив курса, начинает преподавать, в нем видят будущего наставника, ректора, а то и иерарха. Сам митрополит предлагает ему принять постриг, уверяя, что не пройдет и десяти лет, как Михаил станет архиереем.  Но предлагает, а не неволит, не давит. Мудрый владыка знал, что талантливые люди нужны не только Церкви, но и Государству. После некоторых колебаний Михаил Сперанский принимает решение и в 1797 году с чином титулярного советника поступает на государственную службу Российской Империи. И как уже упоминалось выше, через два года становится статским генералом.

Завистники потом будут говорить, что карьеру «поповича» обеспечили высокие покровители. Отчасти оно и верно, но важно другое – за что именно покровительствовали Сперанскому. Вельможи, а потом и сам Государь оценили его ум, работоспособность и волю. Такие люди всегда нужны на государственной службы и счастлива та страна, элита которой не боится принимать в свои ряды таланты, растущие снизу.

Вступивший на престол 11 марта 1801 года Император Александр Павлович тоже оценил таланты и энергию Сперанского. Новый государь мечтал «конституировать Россию». О, это магическое слово «конституция»! С каким восторгом пишут о нем либеральные историки и как разочарованы они плодами деятельности Благословенного Государя – обещал де Конституцию и не дал. Под волшебным словом понимается почему-то исключительно идея ограничения самодержавной власти. Но дело в том, что сам Государь имел в виду совсем другое. Важнейшая обязанность Самодержца – издавать законы и осуществлять правосудие. Но это весьма трудно сделать, когда законов много и они не увязаны в единую систему. В 1649 году Тишайший Государь Алексей Михайлович составил Соборное уложение – систематический свод русского права, но полтора века спустя в законах царил хаос. Сенат – высшая судебная инстанция Империи – был перегружен работой, ибо по всякому делу приходилось собирать многочисленные «справки» и примирять нормы указов, выпущенных в разное время разными царями. Вот бы свести все это в единую систему! А заодно – упорядочить структуру государственного управления, что в последний раз делал еще Император Петр Великий. Наступали новые времена, к петровской постройке добавлялись новые пристройки, порой гениальные, порой временные и откровенно уродливые.  Под конституированием Государь понимал, в первую очередь, упорядочение российских законов, путем создания свода главных, основных, а, во вторую, — создание эффективной системы государственного управления.

После почти полувекового правления Императриц-узурпаторов таких проблем накопилось много. Сперанский, засучив рукава, взялся за разгребание этих авгиевых конюшен.

Он работал по 18 часов в сутки. Писал документы, принимал посетителей, присутствовал на заседаниях секретного комитета, занимался текущими делами министерства внутренних дел. И успевал невероятно много. Отметим лишь некоторые из его свершений:

— Указ о вольных хлебопашцах – первый документ, обозначающий отрицательное отношение самодержавной власти к институту крепостного права и первый шаг по уничтожению оного.

— Устав духовных училищ – будучи сам выпускником духовной школы, Сперанский никогда не относился к ней с презрением, напротив, считал важнейшей частью русской системы образования и своим документом придал ей совершенную форму, сохранявшуюся до самого 1917 года.

— Положение о службе чиновников. Этот закон увязывал восхождение по карьерной лестнице с образованием. И прежде чтобы поступить на службу надо было знать хотя бы грамоту, теперь все стало строже. Выпускники гимназий и Императорских университетов получали возможность начать службу не с 14, а сразу с 12 класса табели о рангах, а чтобы получить ее заветный 8 класс (чин коллежского асессора) заветный – потому что, даровал его обладателю потомственное дворянство, теперь надо было либо иметь университетский диплом, либо сдать соответствующий экзамен. Многие чиновники от такого указа приуныли, но делать нечего – и учебные заведения наполнились их детьми.

— Превращение придворных чинов в почетные звания. Петр Великий в своей табели о рангах предусмотрел и чины придворные, которые  Государь жаловал «кому изволит». Сколько же было при дворе Екатерины II отпрысков знатных фамилий, что получали от доброй «матушки императрицы» чин камер-юнкера, а то и камергера, а потом переводились те же чином в армию, становясь в 18 лет полковниками, а в 22 – генералами. И то-то боевые солдаты и офицеры «радовались» таким командирам. Теперь и камер-юнкер, и камергер становились лишь почетными званиями, которые государь по своей воле присваивал носителям чинов, честно выслуженных на статской службе.

— Создание Государственного Совета. Когда-то давно Петр Великий заменил древнюю боярскую думу сенатом, но так сложилось, что Сенат, хотя и сохранил название Правительствующего, сосредоточил свою деятельность на судебной сфере и стал высшим судебным органом Российской Империи. Оно и неплохо, но как теперь называть ближайших советников Государя? Как только не называли – и Верховным советом, и Верховным Тайным Советом, и Конференцией министров, и Кабинетом…. Но все это были органы временные, с неясными полномочиями и составом. Сперанский оформил новый орган – Государственный Совет и четко прописал, кто в него входит и чем он занимается. Были планы, дополнить его также Государственной Думой (и это название придумал Сперанский), но в силу обстоятельств планы те пришлось отложить. Как оказалось почти на сто лет.

— Создание Царскосельского лицея. Выше уже говорилось о значении, которое уделяли Государь и его Государственный Секретарь образованности чиновников. И возникла идея создать особое учебное заведение, куда отобрать лучших юношей Империи и за несколько лет сделать из них сверхкомпетентных специалистов в области государственного управления. Идея вызывала у многих сомнения -  за шесть лет в интенсивнейшем  темпе пройти программу сразу среднего и высшего учебного заведения. Справятся с этим даже лучшие? Император решил проверить. Да, планка Лицея оказалась слишком высокой и не всем по плечу, потом его программу изменили, но даже первый его выпуск дал России Пушкина и князя Горчакова.

А еще были изменения гражданского законодательства, а еще – изменения в губернском правлении, а еще, еще, еще… Да книги не хватит, чтобы описать всю деятельность этого выдающегося чиновника Империи.

Естественно, что эта деятельность встречала не только одобрение и понимание, но и критику. Со Сперанским спорили многие. Наиболее последовательно выступил Николай Михайлович Карамзин, подавший Государю «Записку о древней и новой России», в которой поставил вопрос о нужности преобразований вообще, указывая, что любые преобразование и изменения несут в себе немалые издержки. Неизбежным злом считал реформы будущий историограф, и предлагал Государю задуматься.

Голос консерваторов всегда должен раздаваться при проведении реформ, введении чего-то нового. Ибо заставляет лишний раз задуматься, зачем и как новое делается. Ведь осмысление процесса никому и никогда не мешало. Равно плохо, когда косность и нежелание перемен убивают всякое движение, и когда любое новое принимается «на ура» только потому, что оно новое, а старое отбрасываться только потому, что уже было. Император Александр Павлович понимал это. И, предоставляя поле деятельности для Сперанского, слушал и Карамзина. Далеко не все проекты Сперанского были реализованы. Что-то было сочтено несвоевременным, чему-то помешала война.

1812-й год. Роковой год России, а если задуматься  -  и мира в целом. Как пошла бы история, если бы Бонапарт в России добился своего? А ведь мог. Развевались ведь революционные трехцветные флаги над древними стенами московского Кремля. Но Бог помог….

Для Михаила Михайловича Сперанского 1812 тоже чуть не стал роковым. Все больше критики обрушивалось на его деятельность и его самого. Государственного секретаря обвиняли чуть ли не в государственной измене. Доказательств, как водится, не предъявляли никаких.  17 марта 1812 года Государь повелел своему Государственному секретарю сдать дела и отправляться в Нижний Новгород.  Александр Павлович поступил хитро и мудро – он не отдал Сперанского под суд, ибо суд над одним из высших государственных чиновников накануне неприятельского нашествия не способствовал бы авторитету властей. Ни подверг какому-либо формальному наказанию – лишению чинов, наград, имений. Царь воспользовался древним правом опалы – просто повелел «нашему тайному советнику Михайле Сперанскому, пребывати в городе Нижний Новгород». А потом, после вторжения войска двунадесяти языков – быть в Перми. Пермские чиновники даже не знали, как себя вести по отношению к опальному царскому сотруднику. Приветствовать согласно чину? А вдруг сие сочтут проявлением солидарности? Игнорировать? Так ведь опала-то и кончится может, а Тайный советник, есть тайный советник… Как-то извернулись. Зато теперь в столице западного Урала всем приезжим показывают дом, где жил Сперанский. Достопримечательность!

В 1814 году, русские полки вступили в Париж, а Сперанскому было разрешено жить в своих имениях. Победитель Наполеона, Агамемнон теперь мог себе позволить не считаться со слухами и настроениями. А через год Сперанский получает назначение на пост Пензенского губернатора.  Для него это был ценный опыт управления территорией с решением обычных, как сейчас говорят «низовых» проблем. Опыт пригодился в 1819 году когда Михаил Михайлович был назначен генерал-губернатором Сибири. Его предшественник, отец декабриста Пестеля, предпочитал управлять Сибирью из… Санкт-Петербурга. Там жилось удобнее. Сперанский лично прибыл в Иркустк. За два года успел невероятно много. Разрешил множество накопившихся вопросов, переменил состав чиновников, разработал Устав по управлению инородцами, документ, вводивший нерусские народы Сибири в состав подданных Империи (прежде они считались данниками оной), устав был настолько хорошо продуман и так гармонично увязывал систему местного самоуправления и государственной власти, что действовал даже после Великих Реформ Императора Александра II.

В 1821 году Сперанский возвращается в Петербург. Теперь его внимание сосредоточено на работе Комиссии по составлению законов и законодательном отделении Государственного Совета. Началась огромная работа по составлению единого свода Имперских законов.

Этой работе не помешало междуцарствие и мятеж декабристов. Говорили будто заговорщики хотели сделать Сперанского главой правительства нового государства. Вряд ли. Скорее пытались использовать его имя и авторитет. Сам он относился к ним без всякой симпатии и без колебаний поставил свою подпись под приговором Верховного уголовного суда.

Кстати, именно Сперанский составил Манифест Императора Николая I о вступлении на престол.

В 1833  году на заседании Государственного Совета Михаил Михайлович представляет Императору Николаю I главное дело своей жизни – 45 томов Полного свода законов Российской Империи и 15 томов действующего Свода законов Российской Империи. Мечта Благословенного Государя о конституировании русского права была исполнена. Император Николай Павлович снял с себя Андреевскую ленту и тут же в присутствии всех членов Государственного Совета возложил ее на Сперанского.

А на рабочем столе действительного тайного советника лежали планы судебных реформ и учебные тетрадки цесаревича Александра Николаевича, будущего Царя Освободителя, которому именно Сперанский преподавал юридические науки…

В 1839 году Председатель Департамента Законов Государственного Совета Российской Империи, граф и действительный тайный советник Михаил Михайлович Сперанский скончался в собственном доме на руках единственной и любимой дочери и внуков.

Верный и незаменимый сотрудник трех русских Государей, созидатель законов Российской Империи, великий человек России.

АВТОРЫ, Александр Музафаров, ИСТОРИЯ, ПУБЛИКАЦИИ

Нашли опечатку или ошибку на сайте? Выделите её и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter».